Дикая война

— А можно я коня себе оставлю? — неожиданно спроси Фёдор, заметно осмелев. — Они на этом выезде издалече приехали. А мерин у меня старый уже. Я тогда только возок продам. Знаю людей, что купят и спрашивать не станут, откель взял.

— Ты из бывших, что ли? — сообразил Мишка.

— Восемь лет уголёк рубал, — кивнул Фёдор.

— Ну, тогда сам смотри. Но помни, что я тебе сказал. Это ведь не шутка.

— Неужто политика? — проявил смекалку мужик.

— Она самая.

— Свят, свят, свят, — принялся креститься Фёдор. — На каторге от них житья не было, и тут достали.

Ты уж прости, парень, что вышло так. А за молчание моё не беспокойся. Мне та политика как нож вострый. Нем буду, как могила.

— И правильно. Иначе туда и отправишься, — снова пригрозил Мишка. — Всё, езжай с богом, а то тут скоро другая война начнётся. Ещё под пулю случайную угодишь.

— Пресвятая Богородица! — ахнул Фёдор, прыгая в сани. — Спаси Христос, парень. Век не забуду, — пообещал он, нахлёстывая мерина.

Поводья коня, запряжённого в возок, он успел привязать к саням во время разговора.

Сцепка развернулась, и вскоре от неё остались только следы на снегу. Проводив мужика взглядом, Мишка обозвал себя сентиментальным дураком и, надев лыжи, направился вдоль берега. Нужно было обойти заимку и подобраться к ней с задней стороны."

"Спустя полтора часа он стоял у задней стены собственного дома и раздумывал, что делать с человеком, бродившим у крыльца. Стрелять — значит объявить о своём возвращении и дать противнику время подготовиться.

В том, что они прикроются Натальей, он даже не сомневался. Да и ружьё против нарезных стволов не самый лучший расклад. Самое паршивое, что он не стал брать с собой картечных патронов. Только пулевые.

В очередной раз вздохнув, Мишка убрал револьвер, аккуратно прислонил ружьё к стене и медленно двинулся к углу дома. Тяжёлые шаги сторожа ясно сказали парню, что тот заметно устал торчать на морозе и основательно замёрз. Мишке это было на руку. Подобравшись к углу, он опустился на колено и, скинув шапку, осторожно выглянул.

Использовать клинок ножа как зеркало было бесполезно. На морозе моментально инеем покроется.

Сторож прохаживался вдоль фасада дома, то и дело похлопывая себя руками по бокам. Оглядевшись, Мишка сдёрнул с рук рукавицы и, оставив их болтаться на завязках, быстро слепил крепкий снежок. С его стороны, чуть дальше, был навес с запасом дров. Именно туда, как следует размахнувшись, парень его и отправил.