Дикая война

В общем, рядовой мой в самом начале боя полю словил, а дальше Мишка, его обратно отправив, один воевал. Только винтовку его себе оставил.

— Один?! — от удивления полковник едва дар речи не потерял.

— Один, ваше высокопревосходительство, — вздохнув, кивнул урядник. — Да тут и удивляться-то особо нечему. Парень с малых лет один по тайге ходит. Вот и наловчился стрелять так, что мои все только рты от удивления разевают. Да я и сам с него вечно диву даюсь. Вроде спиной к мишени стоит, а как команду дашь, так и заметить не успеваешь, как он уже развернулся и с колена по мишеням из револьвера лупит.

— Один, — растерянно повторил полковник. — Где он?"

"— Кто? Мишка-то? — не понял урядник. — Так у себя должен быть. В мастерской. Небось, оружие добытое чистит.

— Где мастерская? — спросил полковник, вставая из-за стола.

— Так в подвале.

Они спустились в подвал, и Белецкий, протиснувшись в узенькие двери и выпрямившись, с интересом осмотрелся. Это действительно была оружейная мастерская. С верстаком, небольшими тисками, прессом и кучей самого разного инструмента, разложенного по местам. Урядник оказался прав. Мишка, с довольным видом тщательно вычищал очередную «Арисаку». Увидев посетителей, парень удивлённо хмыкнул и не торопясь поднялся, приветствуя начальство.

— Здравствуйте, Михаил. Мы можем поговорить? — немного успокоившись, спросил полковник.

— Так, может, тогда лучше на улицу выйти? А то тут и одному-то толком не развернуться, — удивлённо предложил парень.

— Ничего. Тут уютнее, — отмахнулся Белецкий, устало опускаясь на штабель ящиков. — Урядник, прикажите нам чаю спроворить, — попросил он, повернувшись к толстяку.

— Сам схожу, — поспешил остановить урядника Мишка. — А вы, Николай Аристархович, вон туда, в уголок присаживайтесь. Вон, табуретку мою возьмите.

Быстро сбегав наверх, парень передал приказ урядника и, спустившись обратно, вопросительно уставился на полковника.

— Скажите, Миша, как так получилось, что вы оказались возле участка, едва только стрельба началась? — спросил полковник, доставая портсигар.

— Прошу прощения, Александр Ефимович, но здесь лучше не курить. Порох, понимаете ли. Опасно, — остановил его Мишка. — А оказался просто. Не спалось мне ночью. Вот и вышел во двор. Одетым.