Накрывает мои губы своими властным и глубоким поцелуем, вышибая из тела не то, что все зачатки паники! А даже дух. Одним ловким движением заставляет пересесть к нему на колени и крепче прижимает к себе, опутывая руками. Вжимая в каменную грудь."
"Страх? Паника? Я вас умоляю! В данный момент я забыла даже собственное имя. Когда его язык требовательно ворвался в мой рот, а рука легла на бедро, заползая под подол платья, единственное, о чем я помнила – надо дышать. Правда, это физически не представлялось возможным, потому что требовательные губы Миши ни на мгновение не давали мне послабления.
Мучили, терзали, целовали, как в первый и последний раз!
Его руки щупали, гладили и сминали. Вольно странствуя по голым ногам. Больше чем уверена, если бы это самая кабина решила спикировать камнем вниз прямо в этот момент, то я даже ничего бы не поняла. А это были бы самые охрененные в истории человечества последние минуты жизни!
Но… отрываться кабина не собиралась, зато мое сердце установило мировой рекорд по скорости падения в пятки! Когда в сотнях метров от нас с Мишей, прямо в небе, раздался громкий и рокочущий взрыв…
Взрыв?!
– Ай! – вскрикнув, подскакиваю на ноги.
– Что… где… – начинаю суетливо озираться по сторонам.
Миша, хрипло рассмеявшись, дергает меня за подол платья, усаживая обратно к себе на колени. Шепчет на ухо низко, волнующе:
– Смотри.
– Что? Куда? Мы падаем?! Что происх…одит?
Дыхание перехватывает. Пальцы судорожно сжимают мужские запястья.
Это был не взрыв. И нет, мы не падаем. Это…
– Салют, – выдыхаю восхищенно. – Это салют, Миша!
Рядом с нами раздается новый залп фейерверка. Со свистом устремляясь ввысь, заряд разлетается на тысячи маленьких белоснежных искр, озаряя ночное небо. И еще, и еще один. Их десятки. Если не сотни! Тысячи! Зрелище неописуемой красоты! Глаз не оторвать! И так близко, что кажется, рукой можно дотянуться.
Я прилипаю ладонями к стеклу, напрочь забывая про свой страх высоты.
Да мне уже и не страшно. На талии, крепко сжимая, покоятся руки моего дикаря. Смотрю на пляшущие в звездном небе разноцветные всполохи и улыбаюсь. Так широко, что скулы начинают болеть. Радуюсь, как ребенок! А сердце в груди «бум-бум» да «бум-бум» в такт с хлопками фейерверка.
– Обалде-е-еть! Так близко салют я еще в жизни не видела!
– Нравится?
– Безумно! Это же ты его организовал? В жизни не поверю в такой везучий случай.
– Может быть.
