Нужно умыться и забрать свои вещи. Открываю теплую воду и ополаскиваю лицо. Нахожу какой-то давно забытый тюбик старой зубной пасты. Выдавливаю полоску на палец. Лучше, чем ничего. Наскоро умывшись, забираю влажную юбку, блузку и лифчик. Складываю все в сарае на крышку чемодана. Желудок жалобно урчит, намекая, что кушать один раз в день для него катастрофически мало.
Я выхожу снова на улицу и направляюсь к дому. За мной собака. По пятам. А когда выруливаю из-за угла, взгляд цепляется за широкую мужскую фигуру, стремительно приближающуюся к калитке.
Куда это он?
– Эй! – окликаю дикаря. – Миша!
Он даже не обернулся.
Деревенский мужлан все в тех же штанах и футболке военной раскраски. Верхняя часть одежды уж очень облепляет его мощную фигуру, подчеркивая развитые мышцы не только спины, но и рук. А штаны так и вовсе… Глазами цепляюсь за мужскую задницу.
Господи, Милена! Это дикость этих мест на тебя так действует? Или свежий воздух отравляет мозг?
Тряхнув головой, я заторопилась за мужчиной следом.
– Подождите! – кричу и хлопаю калиткой.
Дикарь и не думает останавливаться.
Я догоняю его и равняюсь, пытаясь подстроиться под шаг. Начинаю разговор с дружелюбного:
– Доброе утро.
– И тебе того же, – отвечает этот мужлан коротко, даже не глянув в мою сторону.
– Как спалось?
– Как всегда.
– М-м, – тяну. – А вы куда?
– На ферму.
– И чем вы там обычно занимаетесь? – глупо звучит. Согласна. Но за что-то же надо зацепиться. А дикарь все прибавляет шаг, как будто силясь от меня просто-напросто сбежать.
Снова отрезает своим резким:
– Работаю.
– Ясно. Миша, а сколько вам лет?
– Для тебя – много.
– Да я вообще-то не поэтому… – тараторю, краснея, – а впрочем, неважно. Можно вопрос?
– Нет.
– И все-таки я спрошу. Давно вы на Михаила Руслановича работаете?
– Давно.
– Какой он человек?
– С тараканами.
– Злой?
– Временами.
– Строгий?
– Ага.
– Вы не сильно разговорчивый, смотрю, – бурчу.
– Зато из тебя так и прет. Помолчи, а? Ты много болтаешь, Милка.
Шум создаешь лишний. А я не люблю, когда у меня в ушах жужжит, – зыркает на меня.
Я, насупившись, затыкаюсь.
Вот что за человек? Я к нему всей душой, а он? Мужлан деревенский!
– Ладно, – бубню. – Молчу.
Мне бы следовало развернуться и пойти обратно, охранять свою раскладушку в сарае. Но я упертая. Не сдаюсь и продолжаю следовать за ним, чуть ли не бегом. Один шаг Мишани – два моих. Запыхавшись, прошу:
– Миша, а возьмите меня с собой?
– Не положено.
