Ничто и никто, кроме Акбара, который, закрывая глаза на недостатки сына, продолжал называть его детским именем, которое дал еще в младенчестве, — Шайкхо Баба."
"Салим, однако, был добрым мужем и отцом, любил животных, хотя при случае мог проявить себя энергичным и даже страстным охотником. Он ценил красивые вещи и коллекционировал произведения искусства, в частности, европейские гравюры, которые ему особенно нравились. Он вставлял их в золотые рамы, украшенные растительным орнаментом Моголов. С каждым годом увеличивалась его коллекция китайского фарфора, а недавно он начал собирать изящные кубки для вина и кинжалы с драгоценными камнями в рукоятях.
Он был энергичен и любознателен, но подчас взбалмошен до каприза. Его неуемный сексуальный аппетит одни считали достоинством, другие — слабостью, как и пристрастие к хорошему вину и, время от времени, — увлечение опиумом. Но он достаточно благоразумен, думала Ругайя Бегум, и знает свой долг, чтобы слишком часто, как его младшие братья, предаваться этим порокам.
Но самое заветное желание Салима Мухамада — управлять Индией. Из-за этого он рискнул бы всем.
Возвратилась Ясаман, еще на бегу крича:
— Скоро Салим обещал меня взять на тигриную охоту. У Агры заметили несколько зверей. Можно, мама Бегум? Можно? Ну, пожалуйста, пожалуйста. — Она пританцовывала вокруг старших.
— Скоро, дочка, мы уезжаем в Кашмир, — ответила ей приемная мать. — Так хочет твой отец. Он считает, что большую часть года тебе надо проводить там, а не здесь, в Лахоре.
Тот климат больше подходит для тебя.
— Я не хочу в Кашмир, — надулась Ясаман. — Я хочу на тигриную охоту с Салимом. Вечно мне не дают развлекаться.
""Не дают развлекаться, не дают развлекаться», — повторила красивая птица, печально покачав головой.
Секунду все в изумлении смотрели на попугая, а потом разразились смехом. Даже Ясаман не смогла сдержаться и захихикала, и ее плохое настроение тут же улетучилось.
— Попугай Хариман такой забавный, — зазвенел ее голос.
Потом она повернулась к бабушке:
— Правда, это лучший подарок, который я когда-либо получала?
Мариам Макани улыбнулась младшей внучке, отчего стали видны почерневшие от бетеля зубы:
— Я рада, что ты так счастлива. Хариман будет тебе напоминать обо мне, когда меня не будет рядом.
— А почему бы, бабушка, тебе не поехать с нами в Кашмир? — спросила Ясаман.
— Потому что, моя девочка, я старая дама и больше всего на свете люблю свой дом.
