И мне нравится, как Торамалли причесала тебя.
Черные длинные волосы Ясаман были распущены. Служанка заплела косу, украсив ее жемчужинами и бриллиантами. Она ниспадала девочке на плечи и переливалась при каждом движении. В волосах блестела золотая пудра, в маленьких ушах сверкали бриллианты.
— Ты выглядишь превосходно, — успокоила ее мать. — Пойдем навстречу отцу."
"Рука об руку они вышли во двор, куда въезжал правитель. Осенью Акбару исполнялся шестьдесят один год. Он все еще был привлекательным мужчиной, и болезнь, исподтишка подтачивающая его силы, пока не была заметна.
Он был одет во все белое: от тюрбана на голове до длиннополой туники, закрывавшей шаровары. Нетронутую белизну нарушали лишь золотые туфли со сверкающими алмазами.
Спустившись с лошади, он раскрыл объятия жене и дочери.
— Ну, наконец! — вздохнул он и притворно оглянулся. — Ругайя, милая, а где Ясаман? Почему она не выходит поздороваться со старым отцом?
— Папа! — прыснула Ясаман и обняла Акбара. — Это же я! Правитель отстранил ее:
— Нет, ты не можешь быть моей маленькой дочкой.
Ты слишком соблазнительна, а Ясаман — лишь ребенок. — Его темные глаза искрились.
— Папа, мне сегодня исполнилось тринадцать лет. Я — взрослая женщина, — объявила Ясаман.
— Ты уверена, что ты Ясаман Кама Бегум, — подшучивал он, — а не смазливая девушка, проникшая во дворец, чтобы стащить подарки?
— Подарки? — Ясаман притворилась обиженной, но тут же снова рассмеялась.
— Ну вот, теперь я спокоен: ты еще не совсем взрослая, — сухо заметил Акбар.
— А разве ты не хочешь, чтобы я выросла? — Девушка взяла отца за руку, чтобы вести во дворец.
— Чем старше становишься ты, тем старее я, мой маленький розовый бутон, — объяснил правитель. — Это естественный порядок вещей, но совсем не тот, какого хочу я.
— А каким бы он был, если бы ты мог его изменись папа? — с любопытством спросила принцесса.
— Я бы изменил немногое. Мне бы хотелось, чтобы остались жить мои сыновья-близнецы Хуссейн и Хассан, умершие при родах.
И конечно, чтобы от нас не уезжала Кандра. А если бы Господь позволил мне менять ход вещей, с нами и сегодня был бы Абу-л Фазл. — Глаза Акбара затуманились печалью. — Так много людей, которых я любил, покинули этот мир.
— Не грусти, папа, — взглянула Ясаман на отца. — Мы с мамой Бегум тебя любим. И мы здесь, с тобой, вместо всех тех, кто тебя покинул. И другие тоже.
.Правитель пристально посмотрел дочери в лицо:
— Ты растешь. И говоришь мудрые слова.
