На стройные руки надели тонкие золотые и серебряные браслеты, на щиколотки — с маленькими колокольчиками. На золотых туфельках сверкали бриллианты. Орхин — покрывало на голову — было тоже заткано золотом и по краю имело золотую бахрому.
Адали застегнул на Ясаман небольшую золотистую, почти прозрачную вуаль.
— Пойдем, принцесса. — Он взял ее за руку. — Отец Куплен совершит христианский обряд в твоей приемной. Он установил там небольшой алтарь, но нам нужно спешить. Мне сказали, что имам уже следует сюда.
Священник их ждал и тут же начал обряд.
Ясаман не решилась взглянуть на жениха и стояла, скромно потупив глаза. Службы не было, лишь обмен клятвами и благословение союза. Все быстро кончилось, и принц, даже не взглянув на невесту, вышел из комнаты.
— Как он смел не поздороваться со мной, — разозлилась Ясаман. Даже под вуалью было заметно, как кровь бросилась ей в лицо.
— Он еще не считает тебя своей женой, мой розовый бутон, — объяснил Акбар. — Он любезно выполнил твое желание, но в глубине души убежден, что его супругой ты станешь только после слова имама.
"
"— Тогда, отец, поспешим с этим! Мне кое-что нужно сказать принцу. И если я не могу этого сделать, пока в его глазах не стану женой, давай покончим с этим делом. — Девушка выбежала из комнаты, за ней последовала Ругайя Бегум, догоняющая дочь, а потом шагом — Акбар и отец Куплен. Им был известен темпераментный характер девушек из династии Моголов, и они недоумевали, что она задумала.
Официальное бракосочетание Ясаман предстояло провести на террасе, выходящей на озеро Будар.
Озеро притихло на закате, в воздухе не чувствовалось ни ветерка. Из местной мечети прибыл имам. Приглашение на столь важное событие поразило его, а две жены велели хорошенько все запомнить. Имам весело поприветствовал принца Ямала, которого знал с детства, и поздравил с выпавшим ему счастьем.
— Мне говорили, что принцесса очень красивая милая девушка. — И, понизив голос, добавил:
— Хорошо, что в Кашмире мы снова будем иметь королевскую семью.
— Но не забывай, добрый Абд Хассан, — кивнул Ямал-хан, — что теперь мы — верная провинция Империи Моголов.
— Конечно, господин, — тут же согласился имам. Спрятавшись за дверями, в тени, невидимая для них Ясаман наблюдала за женихом. На нем были белые шелковые шаровары и белая шелковая длиннополая туника, расшитая бриллиантами и жемчугом. А поверх нее — кафтан из золотой парчи. Он был с непокрытой головой, хотя на ногах имел персидские сандалии на каблуках.
