Дикие гуси

Сгруппировавшись, он кувырком выкатился наружу и, сделав стойку на плечах, засадил обоим гоп-стопникам носками туфель по челюстям. Те, мелькнув подошвами кроссовок, завалились в гущу ящиков из фанеры, а Олег, вскочив, увидел стоящих невдалеке Юльку с Инеской, с неподдельным интересом наблюдавших за схваткой, и… проплывающие мимо вокзала вагоны поезда Москва-Адлер. Его поезда… С ходу выделив каждой «миледи» по оглушительной оплеухе, он напрямую рванул к отходящему составу, отчаянным прыжком взлетел на площадку предпоследнего вагона, успев крикнуть им на прощанье:

— Ждите, милашки — мы еще встретимся! Я обязательно вернусь за расчетом…

— Стоять на месте, резвый! — встретил его в следующем вагоне наряд поездной милиции.

Старший наряда — немолодой уже младший лейтенант, по размеру живота которого можно было безошибочно определить о его многолетнем стаже работы в органах МВД, с подозрением уставился на Айса:

— Это кто же у нас козликом скачет туда-сюда? Да еще местной вокзальной милиции спокойно работать не дает?.

И началось: руки не там, где надо, а значит — за спину их и в наручники.

Так — документы, валюта в бумажнике… Это больше всего заинтересовало стража закона.

— А зачем тебе, красавец, валюта? Может, ты ей приторговываешь в свободное от уродования честных азербайджанцев время? Знаешь, милок, что мне по рации только что сообщили? Троих торговцев лавровым листом прямо с вокзала забрала «скорая».

— А девчонок с того же вокзала никто никуда не отправлял? — неосторожно ляпнул Айс и тут же, спохватившись, прикусил язык.

— Нет! Не забирали! — обескураженно стих было младший лейтенант, затем с вновь возросшим интересом уставился на Олега. — А что, там и женщины были?

— Ножи у ваших честных торгашей были в руках — натуральные свинорезы! — попытался увести Олег в сторону разговор.

— Были, — признался старший наряда, — перочинные ножички! Они ими ветки но размеру подрезали — вполне законный инструмент. И эти азербайджанцы вполне законопослушные граждане: лицензия в порядке, и налог уплачен полностью, нашими, российскими рублями. А вот у тебя валюта для чего? — прицепился он снова к Олегу.

Тот уже понял, что обвинения против него выдвигаются самые серьезные.