Дикие гуси

— Это будешь говорить своей жене, когда она попросит у тебя какую-нибудь супершубу! Брось ты, Казарян, ну какой уважающий себя начальник обходится без личного сейфа! Ага, не хочешь по-хорошему? Тогда сделаем так…

Подобрав обслюнявленный уже майором комок салфеток, Айс вновь запихнул их ему в рот.

— Это чтобы твоих воплей не слыхали, когда я тебе уши обрезать буду! — деловито пояснил он ошалевшему контрразведчику, беря со стола «вещественное доказательство» — финку покойного Лося и пробуя ее острие большим пальцем.

Затем оттянул майорское ухо, взмахнул ножом и… опустил его, заслышав отчаянное мычанье: Казарян бешено вращал глазами, указывая ими на огромную напольную вазу в углу кабинета. Догадливый Айс вновь вынул из его рта бумажки.

— Развяжи! — контрразведчик почти приказывал.

Айс вздохнул и, раскрутив на его конечностях цепочку, подтолкнул к вазе.

— Только без выкрутасов!

Казарян потянулся так же, как недавно до него Олег, вынул из нагрудного кармана малюсенький ключик и ткнул его в один из искусственных цветков.

Почти треть передней стенки вазы отъехала в сторону. Покрутив туда-сюда пару хромированных ручек на обнажившейся панели, он сунул руку в открывшуюся дверцу, проворно выхватил из сейфа какую-то пластмассовую ампулку, сунул ее в рот и с хрустом разгрыз. Айс бросился к нему. Поздно… Черты лица начальника контрразведки изменились до неузнаваемости, на губах выступила пена, и он мягко завалился тут же, в углу. Несколько раз судорожно дернулись руки, ноги… Все. Ошеломленный неожиданным поворотом событий, Айс пощупал артерию на его шее. Пульса не было. Н-да, ситуация!

— Впору хоть выть, как певчие над покойником: на кого же ты меня покинул? — обескураженно пробормотал Айс, закуривая сигарету из лежащей на столе пачки.

Затем присел в кресло и задумался. Впрочем, думал не очень долго — не позволили развитые в «совковых» органах чувства самосохранения и аналитического мышления. Прежде всего, заглянул в сейф.

И сразу угадал под стопкой бумаг пачечку зеленоватых купюр. Так, баксы есть!

На самом верху лежала обыкновенная картонная папка. Потянул ее, раскрыл. «Мамочки, да это же я, собственной персоной! Фотография 3х4 (и где только откопал, зараза… впрочем, даром здесь никому не платят), полная биография до сегодняшнего дня и вся последовательность событий в жизни Олега Грунского после его вступления в „освободительную армию“.