Дикие нравы

— Кстати, — продолжал ковать железо пока горячо Максим, уводя нить разговора как можно дальше от опасного направления. — Уж простите мою бесцеремонность, но я все же спрошу. Как так получилось, что представители одного племени так по-разному… такие…

— Это вы про то, что мы с капитаном Мали вовсе не похожи на молочных братьев? — рассмеялся Пойзон. — Да действительно есть такое дело. Просто племя май-майя, это общность не столько этническая, сколько духовная… Наименование «племя», в данном случае вещь условная.

Любой может стать полноправным членом нашего общества. Даже вы, или ваш товарищ…

— Да неужели? — деланно удивился, округляя глаза Максим. — А мне, со слов капитана Мали показалось, что ваша… э-э… общность, некоторым образом направлена против представителей белой расы…

— Ничуть не бывало, — отрицательно покрутил головой майор. — Наша общность направлена против угнетателей и их продажных марионеток в Киншасе. А цвет кожи для нас не имеет никакого значения. Я же вам только что рассказал, что членом племени может стать абсолютно любой человек.

Лишь бы он разделял наши убеждения. А убеждения просты — богатства страны должны принадлежать ее жителям, а не поработившим ее оккупантам. Вы же, как горный инженер должны отдавать себе отчет в том, что если перевести находящиеся в недрах этой земли полезные ископаемые в твердую валюту, то каждый ее гражданин на вырученные деньги может жить припеваючи. А здесь каждый день люди умирают от голода и давно побежденных в остальном мире болезней. Умирают не старики, а юноши и девушки, дети — наша надежда и опора…

— Поэтому вы раздали детям автоматы и повели их бороться за свободу? — гораздо резче, чем собирался, спросил Максим.

Не хотел произносить этой реплики, понимал, что она не понравится собеседнику, в чьих руках сейчас целиком и полностью находилась его жизнь, но не смог удержаться, будто кто за язык дернул.

Пойзон действительно помрачнел, нахмурил брови, а в глазах его впервые за все время знакомства мелькнули и тут же вновь пропали за доброжелательным стеклом зеркальной личины хищные злые огоньки.

— Вы ошибаетесь, — наконец выговорил он. — Все не совсем так, как вам кажется. На вас слишком сильное впечатление произвели ребятишки Мали. Но уверяю, тут просто наложилась личность их командира, он очень силен духом, смел, харизматичен. Естественно, детишки, попавшие под его командование, пытаются делать жизнь с него.