Дикие нравы

Какое-то время оба сосредоточенно втягивали дым, опьяняющий, заставляющий расслабиться мышцы и успокоиться скрученные в узлы нервы. Наконец майор прервал затянувшееся молчание:

— Скажите, неужели угроза взрыва действительно была так реальна?

— Реальнее некуда, — подтвердил Максим. — Эти штуки очень чувствительны к температуре. Там для повышения боевой эффективности использована чрезвычайно мощная взрывчатая смесь, но за все приходится платить. В данном случае плата заключается в том, что эта взрывчатка весьма нестабильна и плохо держит высокую температуру.

Скажите лучше, откуда они у вас взялись? Насколько я знаю, эти ПЗРК в Африку не экспортировались.

— Не в Африку, так в Индию, или в Китай… — меланхолично заявил Пойзон. — Когда я последний раз был в лагере, этих штуковин тут не наблюдалось. Видимо, захватили недавно, как раз вчера наши ребята солидно потрепали правительственный конвой. Так что, скорее всего оттуда притащили…

— Выходит, со вчерашнего вечера лежат, — подвел итог Максим.

 — Повезло вам, привезли бы меня часика на два позже, и беседовать было бы не с кем…

— Да, повезло… — задумчиво повторил Пойзон.

Взгляд его неожиданно утратил расслабленность и вновь стал понизительным и острым.

— Одного не пойму, откуда у вас, горного инженера, такие специфические познания в зенитных ракетах?

Максим уже давно ждал этого вопроса, в том, что Пойзон далеко не идиот, он уже убедился, а значит, вопрос не мог не возникнуть.

Ответ тоже был заранее готов, вот только насколько убедительно он прозвучит для майора?

— Я же русский инженер, — Максим постарался улыбнуться как можно простодушней и для пущего эффекта даже развел руками. — А в России принята всеобщая воинская повинность. Вот в молодые годы я как раз и был в армии стрелком-зенитчиком. Стрелял именно этими ракетами. Вот такая ирония судьбы, счастливый случай, можно сказать…

— Да уж действительно, совпадение одно на миллион, — все так же медленно протянул Пойзон, и по его отсутствующему виду было сразу понятно, что он напряженно что-то обдумывает, что-то напрямую связанное с вновь открывшимися обстоятельствами, и раздумья эти не сулят собеседнику ничего хорошего.

Макс уже наладился ляпнуть что-нибудь способное прервать эту погруженную в недоверчивые мысли тишину, что-нибудь бестолковое и разухабистое, что сразу нормализовало бы сгустившуюся черными тучами атмосферу.