С нашими то умениями, мы вполне можем стать… королями, например, или на худой конец, какими-нибудь феодалами. – Пошутил Гиор, пытаясь разрядить напряжение, повисшее в кабинете. Но в ответ услышал серьёзный голос Егорова:
– А вот тут, ты ошибаешься, Гиор.
– Хм… Вы сомневаетесь, Николай Петрович? – С иронией в голосе спросил Гиор."
"– Нет Полковник. В этом нет ни малейшего сомнения. – Вмешался в разговор Потапов. – Но… Видите ли в чём дело Полковник, третье ГЛАВНОЕ требование именно тем и обусловлено что Вы, должны осознанно понимать – всё, что Вы сделаете ТАМ, может в корне изменить весь мировой устой ЗДЕСЬ.
Вы должны хорошо понимать, на какие жертвы Вам придётся пойти. Там, Вы не сможете никого убить, ни фермера, ни солдата, ни короля, ни генерала, даже если будет существовать непосредственная угроза вашей собственной жизни. Никто не знает у кого из них может родится сын, дочь, внук, внучка, правнуки, которые в дальнейшем будут одной из выдающихся личностей в истории. По этим же причинам, Вы, Полковник, не сможете стать ни королем, ни феодалом, ни генералом.
Вы даже воином не сможете стать, потому что Ваше присутствие в том или ином войске поднимет его боеспособность на порядки. В случае, если Вам всё-таки придется остаться там, всё что Вам останется – это вести уединенный образ жизни вдали от людских глаз и ушей до конца своей жизни… Ну, или до того самого момента, как мы найдем способ Вас оттуда вытащить. И я искренне надеюсь, что это предположение так и останется всего лишь теоретическим предположением.
Но как бы там ни было, Полковник, и Вы, и Ваш напарник просто обязаны это понять.
– Нннда… Весёленькая перспектива. Прожить остаток жизни отшельником, и я так понимаю… МОНАХОМ. – Снова попытался пошутить Гиор.
– Нет Гиор, нет. Монахом необязательно. Но без потомства точно. – Поддержал шутку Гиора Егоров.
– В таком случае, товарищ Генерал, Вы не могли бы распорядиться, чтобы в амуницию каким-нибудь образом пристроили пару тысяч презервативов… Каждому.
Услышав последнюю фразу, лица обоих генералов расплылись в улыбке, и висевшие в кабинете до этого момента напряжение как-то само собой развеялось.
Гиор ещё какое-то время просидел молча, улыбаясь своей удавшейся шутке, а затем повернувшись к генералу Потапову заговорил:
– Ну хорошо, Валерий Николаевич, а если… в тридцать девятый… уверен, мы смогли бы устранить Гитлера и сделали бы великое благое дело для всего человечества. Мы…
– …Бесспорно спасли бы более пятидесяти миллионов жизней.
