Дикий вьюнок (СИ)

Позавтракать нам не дали, рассадили по двум телегам, которые управлялись незнакомыми возницами, видимо круорги привели своих. Связывать нас не стали, всадники просто проследили, чтобы мы выехали на дорогу, а после главный из них, тот, что выбирал, зычным голосом предупредил, что на нас навешаны слежки и если мы посмеем убегать, то им придется тратить своей драгоценное время на поиски, следовательно, они сразу станут злыми и взамен испортят существование нам.

Главаря тройки звали Доминик зет Пульвис, Лешик потом предположил, что приставка к имени зет у круоргов означает какой-то ранг, а следовательно, организованы они куда лучше, чем предполагалось раньше.

И это очень настораживает.

За три дня путешествия магов мы больше не видели. В телегах нашлась еда и одеяла, по вечерам возницы привычно разбивали лагерь, оказалось, они везут в замок уже далеко не первую партию людей.

Лешик пытался их разговорить, но ничего полезного не узнал. Не узнал правда и ничего ужасного, по утверждению провожатых никаких жертв маги не приносили, по крайней мере, в замке.

Хотя все равно добровольно работать там мало кто соглашался, потому круорги вынуждены возить осужденных. Да еще сказывается репутация князя, который считается невозмутимым, но весьма непредсказуемым хозяином. А когда он изволит гневаться, даже его ближайший советник предпочитает держаться как можно дальше.

Если бы не неизвестность того, что же ожидает нас в замке, то дорога показалась бы одним сплошным удовольствием.

Сидишь себе в телеге, болтаешь ногами, щуришься на солнышко и смотришь по сторонам. Красота.

А на четвертое утро из-за очередной горки выплыл замок. Ничего прекраснее я в жизни не видела! Бледное розоватое небо, черные четкие линии гор, покрытых махровым лесом и в центре всего — изящный точеный фасад замка. Узкие увенчанные остроконечными крышами башни, темнеющие арчатые окна, на самой высокой башне, видимо главной, развивается флаг. Настоящая картинка, последний отрезок пути прошел в полном и восторженном молчании…

Когда мы подъехали ближе, смогли рассмотреть еще одну деталь — на крыше главного здания стояла статуя мужчины в плаще с откинутым на спину капюшоном из металла странного зеленоватого оттенка.

Его руки были скрещены на груди и спрятаны под тканью, он смотрел вдаль, высоко подняв голову и улыбался. Очень так неприветливо. Впрочем, мы и не в гости. Да и не по своей воле.