Дикий вьюнок (СИ)

Окинув всадников внимательным взглядом, она на секунду задержалась на мне, быстро улыбнулась, очень сыто, довольно, так откровенно, что я первая отвела глаза, сдерживая рваный стук сердца. К счастью, она уже садилась в первый из двух экипажей. Ведущий круорг громко и раскатисто свистнул, знаменуя отправление.

Князя я не видела, хотя все время пыталась оглянуться и рассмотреть, не глядят ли нам вслед из замковых окон. Конечно, безрезультатно, если кто и смотрел, с такого расстояния не заметишь.

Только раз, перед тем как окончательно свернуть за лес, перекрывающий вид на замок, я увидела над левой башней клок полупрозрачного дыма в форме морды какого-то животного, устало скалящего зубы.

Впереди меня ждала свобода. От всего.

И первым делом — от власти князя.

На запах рагу оказалось гораздо вкуснее, чем на вкус.

Я терпеливо ковырялась в еде, отодвигая вилкой куски подозрительного на вид жилистого мяса и вытаскивая на поверхность только овощи.

Габрис развалился напротив, забросив ноги на соседний стул. Расстегнутая куртка выставляла на всеобщее обозрение выцветшую рубашку с остатками кружевного воротника и матовый жетон червленого серебра со знаком Фоенты.

В таверне было полно народу, но вокруг нас места пустовали. И не потому, что Фиона с подругами и охраной уже поднялись в комнаты, а потому что Габрис смотрел на всех, кто пытался к нам подсесть тем самым своим фирменным застывшим взглядом и если подошедшему не хватало ума (или хватало смелости) проигнорировать увиденное, вдобавок дергал уголком рта, выставляя наружу левый клык вполне себе нечеловеческого размера.

Самых упорных и настойчивых, тех кто, несмотря на молчаливое предупреждение, рискнул сесть рядом, ждала какая-нибудь ужасающая по своему содержанию история.

Я ковырялась в тарелке, отыскивая горох — единственное в рагу, что оказалось более-менее вкусным и в очередной раз слушала его полный скуки и лени голос.

— …и когда кровь остывает, от нее уже не идет силы.

Габрис болтал, хотя кроме меня слушателей не намечалось. Вздохнув, он покачал ногами, так что носки пыльных до самых голенищ сапог описали полукруг. И продолжил.

— Лучше всего, когда кровь хлещет из разорванного горла. Это самый простой и удобный для принятия силы поток.