Дикий вьюнок (СИ)

Я поеду с тобой в замок сейчас, а что будет потом, пока не знаю.

— Это не все, — упрямо продолжал он. — Я хочу, чтобы ты была рядом. Всегда.

Я усмехнулась. Люди так наивны, вон даже Асмаиловый князь использует слово «всегда», которое в принципе глупо использовать смертным, чьей судьбой управляют хладнокровные звезды.

— Громко сказано. Но пока я буду рядом.

— Не надо делать вид, что ты меня не понимаешь! — он подался ко мне и, приглушив голос, добавил:

— Я хочу, чтобы ты не просто была рядом. Я хочу, чтобы ты была моей.

Ну вот он и сказал… Просто взял и сказал вслух.

— Твоей женщиной? — уточнила я.

Пальцы сами собой нервно вцепились в стакан. Хотелось залпом опрокинуть в себя содержимое, но с непривычки я бы, пожалуй, порцией такого размера сразу же напилась, а решать подобные вопросы на пьяную голову не менее глупо, чем использовать бесконечные слова.

— Я видела, как ты обращаешься со своими женщинами, — на редкость спокойно ответила я. — Помню… Фиону. Ты хочешь заменить ее мною, поставить на ее место и думаешь, что я соглашусь стать такой же? Все это терпеть?

Градус раздражения стремительно накаливался и я быстро замолчала, потому что дальше могла сказать только какую-нибудь ядовитую гадость.

Янош сидел напряженный, почти окаменев.

— Я не могу изменить своего прошлого, как бы этого не хотел, — нейтральным тоном заговорил и я видела, что такой тон дается ему очень нелегко. — Да, иногда я вел себя с женщинами недостойно. Но в случае с Фионой моя совесть чиста.

Я никогда и ничего ей не обещал. Она сама приехала ко мне, сама пришла… сама ко мне пришла. Сама захотела остаться, хотя я сразу говорил — я не смогу дать ей ничего из того, чего хочет получить влюбленная женщина. Да, в чем-то я был не прав. Но я никогда, слышишь, никогда и ничего ей не обещал!

Он смотрел с вызовом, сжав губы в линию, которая все-таки дрогнула и распалась, растеряв всю твердость.

— Где она сейчас? — спросила я.

— Она вернулась к брату.

— Надолго? — некрасиво было бить его по больному месту, но я не могла сейчас остановиться.

— Ты еще не поняла? — неуверенно спросил. — Она уехала навсегда. Ее больше не будет в моей жизни независимо от того, что ты ответишь.

Мне было жаль Фиону… Но недолго. Практически сразу все посторонние мысли выветрились из моей головы. Кроме мыслей о нем. А разве когда-то было иначе?

Я смотрела по сторонам. Люди приходят в таверну что-то отметить, пообщаться, посидеть с друзьями.