Дикий вьюнок (СИ)

— Не надо, — чай был теплым, я выпила его залпом, смывая горький травяной вкус купленной в аптеке микстуры.

— Тебе может стать хуже.

— Не станет, — отмахнулась я, ставя чашку на столик, а потом схватила его за рубашку, притягивая ближе. — Хватит сидеть так далеко!

Не знаю насчет беспрекословно получать желаемое, но вот способ отвлечь Яноша от чего угодно я нашла в первый же день брака. Это оказалось удивительно легко.

Но собственно дело было далеко не только в желании отвлечь. Так получилось, что Янош невероятно быстро, всего дня за три научился отвлекать меня.

Он умел погружать в пустоту. Дарить немного небытия, когда вокруг ничего, кроме нас, разве что непроницаемая темнота, может даже злая, но это неважно, потому что она не посмеет приблизиться, пока мы вместе.

Чем больше мы приближались к замку, тем более замкнутым делалось его лицо. В крупной деревне, где мы остановились на последнюю ночевку, Янош был опознан. Не знаю, кем и когда, но стоило спуститься в общий зал к ужину, как хозяин самолично перехватил нас у входа и препроводил в отдельную комнату, где обслуживали только важных гостей.

Рассадили нас согласно этикету по разные стороны стола и, смотря мимо мельтешивших вокруг служанок, которых оказалось целых три, Янош стал тем, кем его жаждали видеть окружающие. Настоящим Князем, который не только не болтает, принимая пищу, но даже не смотрит в сторону женщин взглядом, содержащим хотя бы отдаленный интерес. Все три девушки, кроме вполне понятного после ходивших о круоргах слухов опасения испытывали чисто женское любопытство, я ощущала их осторожные изучающие взгляды не реже, чем Янош и каждый из них заставлял спину выпрямляться, а лицо приобретать неумолимость и спокойствие вечной мерзлоты.

Я знала, что так будет, потому даже не расстроилась. Комнаты мы как обычно заказали отдельные, как обычно он пришел ко мне ночью, как обычно остался ночевать и утром за завтраком, допивая очередную кружку мурсовки, которая уже не казалась особо отвратительной на вкус, мыслями я находилась в замке.

Наверняка там уже знали о нашем приезде, не мог трактирщик не отправить гонца с радостным известием. Значит, остался последний, решающий шаг.

Лошадей нам выдали свежих, красивых и отдохнувших, на сопровождении не настаивали и даже дождь прекратился, хотя в воздухе все еще висела неприятная мелкая морось.

Не знаю, о чем я думала по дороге. Скорее всего, ни о чем.