Дикий Кот

Я вдруг стал мега-чувствительным, принимающим на себя все-все, до последней капли, впитывающим чужой шквал эмоций, и так зацепило, понесло, будто щепку в бурном водовороте! Я задыхался, в груди ломило, даже в носу защипало, будто я готов был пустить слезу.

Обняв Дарину, бережно держал ее в руках, осторожно касаясь светлых волос.

— Хочешь, я эту Лидку выпотрошу? Как рыбешку? Хочешь? Никто не докопается до сути, гарантирую.

— Да уж, — пробубнила Дарина в мою грудную клетку. — Ты точно Кот, обещаешь принести хозяйке дохлую мышь и светишься при этом от счастья! Вот какой я молодец.

— Да разве я сейчас свечусь? Меня чуть не размотало! Теперь ясно, почему… Но сейчас-то — что? Лечиться не хочешь? А надо! Надо… Или…

Дарина ничего не говорила, но меня вдруг пронзило насквозь. Как то самое одинокое дерево в пустыне, в которое шарахнуло молнией, и оно почернело, но осталось стоять.

Дышать тяжело, тремор в конечностях, перед глазами все заплясало неоновыми кругами.

— Ты беременна?!

Рот пересох, язык царапнул шершавое небо, слюна пропала.

— Это… из-за нашего случая? — уточнил я.

В голове же накидывал лихорадочно — было у Олега с Дариной что-то или нет? Если на него посмотреть, то как бы да, а если на нее посмотреть и Лану послушать, то однозначно нет.

Да или нет, да или нет?

— Послушай, Котов. Это мой ребенок, точка. Мне решать. Его никто не хочет кроме меня. Олег детей не хотел, а я…

Сссуууукаааа…

Легкие, будто облитые бензином, задымились в сильном удушье. Тело забомбило, скручивая агонией.

Уши заложило, как будто контузило.

Не в силах находиться рядом с источником этого светопреставления, сорвался прочь из палаты.

Мне и коридора оказалось мало, чтобы прийти в себя, и холла. Только во дворе удалось с хрипом вобрать глоток воздуха и почти сразу же выблевать его.

***

Дарина

— Послушай, Котов. Это мой ребенок, точка. Мне решать. Его никто не хочет кроме меня. Олег детей не хотел, а я… Я хотела.

Выражение лица Котова изменилось почти сразу же после первой части предложения.

— Очень хотела… И этого малыша я тоже очень хочу, неважно, что думает его отец. Наверное, это просто моя судьба — снова наткнуться на мужчину, который не хочет детей. Тебе не о чем переживать, я сама.

После этих слов Котова сдуло с кровати. Он мазнул по мне невидящим взглядом, поспешно выскочил из палаты.

Перезвонил Савченко.

— Я подъезжаю, моя хорошая. Подняться не смогу, но буду ждать внизу.

— Ох, не стоило, Валентинович.