Дикий Кот

Дарина долго и много танцевала с мужем. Вынужден признать, что они смотрелись хорошо вместе — такой медведеобразный муженек и гибкая, хитрая, как ласка, Дарина.

— Ох, я совсем забыла. Я же обещала вам танец! — позвала меня, когда заиграла более ритмичная мелодия.

Гадина нарочно позвала меня туда, где надо было вращать бедрами, и моим расцарапанным яйцам пришлось несладко тереться о трусы. Но, клянусь, этот танец того стоил.

— А ты хитер. Думаешь, так легко вписался в нашу семью?

— Я только начал вписываться, Дарина.

— Надейся.

— Я уже это делаю. И ты отдашься… Начало положено…

Музыка замедлилась, я обнял ее сзади, прижался к уху:

— Можешь говорить себе сколько угодно, что прерванный куни — это не измена. Но ты… уже сделала шаг в бездну. Теперь осталось закрепить этот результат.

Быстро опустил ладонь на ее плоский живот, сделав нашу близость еще острее. Быстро разошлись, снова сошлись. Я бы танцевал с ней вечность…

Но, как это всегда бывает, слишком быстро кончилась эта композиция.

— Танец. Ужин. Все было. Мы в расчете, Котов. Всего хорошего, — блеснула улыбкой.

Уууу, какая же… Ммм… Еще и нагнулась так, к мужу своему, целуя его.

— Пожалуй, нам пора.

Блять, меня до кишок проняло. Казалось, в глазах даже капилляры лопнули от желания сделать хоть что-то нибудь, просто разорвать это касание ее тонких, вредных губ к его.

И вид у них такой… желающий до кровати добраться как можно скорее! Этот ужин на троих не только меня завел. Я вдруг понял, что если так и буду стоять, молчать, они удалятся и начнут еще на заднем сиденье машины.

Возможно, я и стал катализатором, разжег огонек.

Но, эй… Я разжигал эту красавицу для себя!

Срочно…

Дать им уйти или вклиниться?

Но как…

Глава 12

Дарина

Я ощущала, как от торжества кровь переполняется пузырьками, будто по венам заструилось игристое вино. Прикосновения Олега были бережнее и горячее, чем обычно.

— Ты меня восхищаешь, — пробормотал муж, ведя меня на выход.

Его влажные губы у моего виска, двинулись к уху, едва задели его.

Пожалуй, да..

Пожалуй, он до сих пор мне сильно нравился и мог заставить трепетать мою женственность. Не знаю, почему я так сильно расстроилась на вечере и решила, будто у нас все плохо?

Очевидно же, что это не так!

— Восхищаю? — потерлась об его губы. — Только восхищаю.

— И возбуждаешь.

Его губы стали настойчивее, прокрались к мочке уха.