Дикий

Впрочем, с чего бы все это ни началось, секс словно прорвал плотину между ними, и теперь они не могли друг от друга оторваться.

У удовлетворенного Брэма на лице появлялось такое блаженное выражение, что Этан таял.

Он стал ненавидеть работу, но без денег было не прожить, к тому же оказалось, что очень приятно, когда дома тебя встречают.

Однако в тот вечер, перешагнув через порог, Этан понял, что Брэм напряжен, как натянутая пружина. Достаточно было посмотреть, как тот, сгорбившись, замер в коридоре.

- Какой-то Лиам звонил, сказал, что завтра приедет.

Сдержав улыбку, потому что в устах Брэма это прозвучало так, словно они обречены, Этан скинул рабочие ботинки.

- Лиам классный.

- Он просто заявил, что приедет. Я пытался объяснить, что тебя нет и что ему надо поговорить сначала с тобой, а он сказал, что вы поговорите завтра лично, и повесил трубку.

Этан задумчиво посмотрел на Брэма и почесал затылок.

- Разве я не упоминал, что меня часто кто-нибудь навещает?

В глазах Брэма мелькнуло что-то, похожее на обиду.

- Да ладно тебе. – Этан потянулся к его напряженной руке. – Лиам – хороший парень. – Хотя про себя он подумал, что пора завязывать с их шутливым флиртом, в конце концов Этан сам его поощрял, ведь когда-то был в этом довольно хорош, а вот Лиама в Канаде ждал муж. – Правда. – Этан обвил Брэма руками, который, на мгновение застыв, все-таки чуть расслабился и обнял его в ответ.

- Прости, - сказал он, и Этан вздрогнул. Он ненавидел, когда Брэм начинал извиняться.

- Не надо. – Он обхватил лицо Брэма ладонями и улыбнулся: – Ты побрился.

Взгляд того потемнел и, хотя иногда Этан ждал, когда Брэм сам его поцелует, потому что ему нравилось, когда тот брал на себя инициативу, сейчас такое вряд ли было возможно. Этан накрыл рот Брэма своим, чувствуя, как шевелятся теплые губы под его губами, и, отстранившись, снова улыбнулся.

- Такой сладкий рот.

Комплимент привычно огорошил Брэма, но Этан не дал ему задуматься об этом, он наклонился ниже, раздвигая его губы, нащупывая застенчивый язык и чувствуя вкус волка, кофе и Брэма.

Он не спешил прервать этот неторопливый поцелуй, изучая, дразня, ненадолго останавливаясь, чтобы снова нырнуть языком глубже. Нерешительность Брэма испарилась, и к тому времени когда поцелуй закончился, оба раскраснелись и тяжело дышали.

Тут Брэм повел себя чертовски неожиданно: он поднял руки, обхватил крупными ладонями голову Этана и яростно сказал:

- Я хочу тебя.