Дикий

– И… в чем тогда проблема?

Брэм задумался, но так и не нашел слов, и Этан предположил:

– Для тебя это как бы конфликт интересов, да?

– Да. Конфликт интересов. – Брэм с готовностью ухватился за подсказку. – Если тебе от этого легче. Я… я не… – Брэм никак не мог заставить себя сказать то, что хотел, и Этану стало любопытно. Он склонил голову набок.

– Ты не что? – тихо спросил он.

– Я не целуюсь, и… меня не целуют. Это не для меня. – Щеки Брэма залились краской. Этан смотрел на него и не мог сообразить, как это понимать, но решил, что в будущем пригодится любая информация.

– Можешь извиняться сколько хочешь. Я тебе не верю – особенно о поцелуях. – Этан видел, как горит лицо Брэма, но заставил себя продолжить: – Волки очень любят секс, прикосновения, ласку. Куда больше кошек. Это я прекрасно помню. – Из рассказов Лилы о стае и потому что она сама всегда очень нежно заботилась об Этане. Но он не собирался называть ее имя.

Брэм отвел глаза.

– Не все волки. – Он поджал губы. – Некоторые не такие.

Он старался не встречаться взглядом с Этаном, сидел неподвижно, но так и не отпустил его лодыжку, словно это прикосновение было для него важным.

Не все волки, да? Ну, если Брэм не шутил, если его эмоции были искренними, значит, у Этана есть место для маневра – потому что Брэма можно использовать. И хотя прошло много лет, когда-то Этану очень хорошо удавалось играть мужчинами. Пора вспомнить старые навыки.

Глава пять

Брэм стиснул руку в кулак, словно этот жест мог заставить Дага понять, что он собирался сказать.

– Этан тебя чем-то разозлил? – спросил тот.

– У нас проблема. – Он меня поцеловал. Но Брэм не хотел это говорить. Почему-то рассказать обо всем казалось нечестным, что, если подумать, было глупо. Даг не станет использовать это против Этана. Дагу просто плевать.

Альфа взглянул на спящего Этана на экране монитора.

– Вообще-то, по-моему, киса делает успехи, все идет гораздо лучше, чем я ожидал.

Брэм нахмурился. Время от времени Даг упоминал Трэя, видимо, эксперта по кошачьим и убийцу. Брэму совсем не нравился этот кузен Дага.

– Ты выглядишь обеспокоенным, Брэм.

Брэм старался говорить тихо и нерешительно. Дагу нравилась нерешительность, он гораздо лучше относился к сказанному Брэмом, если тот выглядел растерянным.