Дикий (СИ)

Если Демьян возьмет меня так по-настоящему, то просто порвет. Он слишком крупный. Мощный. Слишком…

— Блядь, Катя, — рычит так, что меня трясет.

И становится еще прохладнее.

Вдалбливаясь, Демьян буквально размазывает меня по стеклянной поверхности. Будто срывается.

Но потом он резко отстраняется, поворачивая к себе.

— Мне нужно видеть твои глаза, — заявляет. — Лицо.

Его ладони накрывают грудь. Отяжелевший от возбуждения член упирается в мой живот.

— Ты чего? — мрачнеет, изучая меня.

Судорожно мотаю головой.

— Катя?

— Тебе так нравится? — выпаливаю.

— Мне по-разному нравится, — усмехается.

— Ясно, — отвожу взгляд.

— И тебе понравится, — обещает, скользнув пальцами от груди к животу. — Когда распробуешь. Во вкус войдешь.

Сомневаюсь.

— Катя, — выдает.

И опять начинает меня зацеловывать. Отодвигается, только чтобы в глаза посмотреть.

— Никогда не сделаю больно, — произносит твердо.

— Демьян…

— Даю слово.

Его пальцы проникают в меня, заставляя сгорать. И я сама не осознаю, как обхватываю его член ладонью, как двигаю пальцами, стискиваю сильнее.

— Катя, — говорит, накрывая мои губы своим горячим ртом.

Будто хочет клятву запечатать.

А я шепчу:

— Верю.

Его хриплый стон сливается с моим сдавленным и приглушенным. Внутри закручивается воронка. Нас взрывает в один момент."

"Мы смотрим друг другу в глаза. Его сперма растекается по моим пальцам. Тяжелая ладонь впечатывается в низ моего живота особенно крепко.

Нас точно цепь сковывает. Такая, что уже не разбить, не разорвать.

??????????????????????????44

Демьян берет полотенце и начинает меня вытирать. Медленно, нежно. Плотная мягкая ткань скользит, убирая влагу. От спокойных и уверенных жестов по моему телу разливается тепло. Кожу покалывает, а вдоль позвоночника рассыпаются мурашки.

Дикий не делает ничего особенного. Вроде бы. Но под конец меня потряхивает от мелкой дрожи. И когда он отбрасывает полотенце куда-то в сторону, смущаюсь. Рефлекторно пытаюсь прикрыть грудь руками, но мои запястья моментально обхватывают горячие пальцы, отводят назад.

— От кого прячешься, Катя? — хриплый голос заставляет поежиться.

— Я просто…

Осекаюсь. Ничего тут не «просто».

Его потемневшие глаза скользят по моему телу с таким голодом, будто у нас ничего не было.

Демьян явно не насытился.

Перехватываю его взгляд, направленный на мою нервно вздымающуюся грудь. И щеки полыхают, когда замечаю, как непристойно выглядят мои соски. Под таким пристальным вниманием еще сильнее напрягаются.