Дикий (СИ)

И провела время в напряжении, вздрагивала от каждого шороха.

Сама не заметила, как отключилась.

Наверное, только под утро и уснула.

Листаю сообщения от Ларисы Петровны. Она писала мне в шесть утра, требовала срочно явиться на работу для личной встречи с начальником.

И ни слова про то, что вчера произошло.

Я одеваюсь, хватаю сумку и выхожу из квартиры. Спускаюсь вниз по лестнице и замираю перед дверью подъезда.

А вдруг Дикий до сих пор там?

Нет, глупости. Он бы не стал всю ночь проводить под моими окнами. Только из тюрьмы вышел, у него хватает других дел.

Почему я не глянула в окно, прежде чем выходить?

Отшатываюсь от двери, услышав, как по ту сторону кто-то нажимает на кодовый замок. Вздрагиваю, когда свет бьет по глазам. Зажмуриваюсь.

— Доча, ты куда в такую рань собралась?

Выдыхаю и улыбаюсь, услышав папин голос. Обнимаю его крепко-крепко. А он обнимает меня.

— Привет, — роняю. — Как твоя смена?

— Нормально, — говорит он. — Так куда ты?

— На ра… — запинаюсь, чуть не выдав себя. — Ой, на Арбат.

— Да? — с явным сомнением смотрит на меня. — Ну ладно. Только долго не гуляй. Я чуть посплю и шашлыки буду делать. Мясо с вечера замариновал.

— Хорошо, пап.

Выхожу на улицу, крепче сжимаю сумку.

Оглядываюсь по сторонам.

Дикого нигде нет. Вот и хорошо.

А потом я наталкиваюсь взглядом на лавку под подъездом, точнее — на кучу окурков под ней. Тут будто целую пачку выкурили.

Может это и не он. Так стараюсь себя убедить по дороге в офис. Потому что мне плохо становится при мысли о том, как Дикий расположился на лавке рядом с моим домом и долгое время выжидал неизвестно чего.

— Наконец-то, — цокает языком Лариса Петровна, стоит мне зайти. — Босс только тебя и ждет.

Все вокруг собирают вещи. Кто-то бумаги по папкам раскладывает, кто-то забирает свою посуду из кухни.

— Мы переезжаем? — спрашиваю.

— Пусть начальство объясняет, — отмахивается Лариса Петровна и склоняется над ящиком своего стола, теряя ко мне всякий интерес.

Никто не выглядит встревоженным.

А ведь я теперь знаю имя преступника.

Внутри пробегает холодок. Осознаю, что пока молчу, становлюсь соучастницей. Я же могу дать показания, добиться справедливости…

Но страх сильнее. Особенно здесь. Каждый уголок напоминает о том кошмаре, который вчера произошел.

Нервная дрожь сводит тело.

— Катя? — голос босса заставляет обернуться и сбросить оцепенение. — Ты почему не заходишь?

Прохожу в его кабинет.