Дикий (СИ)

— Откуда напряг? — хмуро бросает Дикий.

Видимо, мое выражение лица резко меняется. Не могу контролировать собственные чувства. Сразу все понятно.

— Иди в номер, — заявляет он, пристально глядя в мои глаза. — Если тебе ванная нужна, говори. Мешать не буду.

— Знаешь, я лучше пока тут поработаю, — прочищаю горло. — Внизу. Нужно подготовить документы на завтра.

В отеле есть все условия, чтобы работать в холле. Это у них продумано на высшем уровне. Чего не скажешь про почти прозрачную ванную комнату.

— Долго не сиди, — чеканит Дикий.

— Да, понимаю.

— Где ужинать будешь?

— Здесь, — не нахожу ничего лучше, чем показать на ресторан при отеле, и поспешно прибавляю: — Как раз позвоню родителям, поговорю.

— Начинай с ужина, — заключает он. — Работа потом.

Разворачивается и уходит.

Обратно в номер не тороплюсь. Звоню домой, после разбираюсь с отчетами, которые нужны на завтра. Надеюсь, когда поднимусь наверх, Дикий будет спать. Тогда просто устроюсь в кресле. Подвину второе, под ноги.

Но без душа трудно.

Может быть, свет не включать? Запереться на замок и…

Нет, даже представить страшно. Дикий же там. За прозрачной стенкой. Мороз по коже от одной мысли.

Может мне повезет? Может освободится другой номер?

Телефон вибрирует. Новое сообщение. Абонент снова в сети. Едва успеваю прочесть, как на экране вспыхивает звонок от Лебедева.

— Прости, — говорит он. — Только освободился.

— Зачем ты поменял бронь в отеле? — спрашиваю прямо.

Повисает молчание.

— В остальных отелях такой проблемы не будет, — наконец, произносит Лебедев, игнорируя мой вопрос.

— Дима…

— Мы должны были поехать вместе, Катя.

Теперь молчу я, потому что слов нет.

Слышу Лебедева кто-то зовет. Кажется, это голос его дяди.

— Нужно идти, — говорит Дима. — Еще позвоню.

И отключает вызов.

Мои мысли окончательно спутываются. Перевожу взгляд в сторону, вижу, в холле начинается уборка. Время такое, что люди вокруг уже разошлись.

Чувствую себя измотанной. Смотрю на часы.

Жаль, но пора подниматься в номер. Не до утра же здесь сидеть.

Стараюсь не шуметь. Боюсь, разбудить Дикого. Осторожно снимаю обувь, проскальзываю вперед. Уже размышляю, как бы потише передвинуть кресла. Но тут мои глаза постепенно привыкают к полумраку вокруг. Застываю на месте.

Дикий спит. На полу возле кровати. Вытянувшись во весь рост, на спине. Руки запрокинуты за голову, обхватывают подушку.