Дикое поле

Один из палачей услышал шум, открыл глаза и удивленно крякнул:

Толкнув локтем приятеля, он моментально поднялся на ноги и, кинувшись вслед за беглецом, быстро оказался у него за спиной. Обернувшись, серб взмахнул кнутом. Тонко свистнув, кнут, как змея, обвился вокруг бритой головы. Палач дико взвыл и рухнул на колени, прижав огромные ладони к глазам.

Разглядывать, что с ним сталось, Ивко не имел ни времени, ни желания, поскольку второй бритоголовый уже бежал к месту скоротечной схватки. Серб метнулся к стене, подпрыгнул, ухватился за ее край, но сорвался.

Еще прыжок. Опять неудача. Наконец он сумел взобраться на гребень стены. Переваливаясь через нее на улицу, Ивко увидел подбежавшего бритоголового с разодранным в крике ртом:

Спрыгнув со стены, серб не удержался и упал на четвереньки, но тут же вскочил. Проезжавший мимо на повозке пожилой татарин с удивлением смотрел на грязного, окровавленного человека с кнутом в руке. Редкие прохожие торопливо ускорили шаги, а над стеной уже показалась бритая голова, и снова раздался крик:

Прыгнув на повозку, Ивко хлестнул кнутом лошадь и схватил возницу за горло:

По цветущим лугам и непаханым полям, через светлые березовые рощи и зеленые дубравы, по лесным просекам и по гатям на краю топких болот скакала веселая королевская охота.

Звонко трубили рога, созывая на потеху, заливались лаем собаки, ржали лошади. Рябило в глазах от блеска придворных нарядов и украшений на сбруях.

Впереди мчался сам король в окружении ближних придворных и верной стражи.

Уже скоро, совсем скоро загонят вепря, и он нанесет первый удар свирепому зверю, остановленному злыми псами на широкой поляне.

Поднимая тучи брызг, радугой сверкавших на солнце, породистые кони пересекли лесной ручей, неся на спинах важных усатых шляхтичей в разноцветных жупанах. Ах, какие у шляхтичей кони! Вороные, каурые, гнедые, под расшитыми шелками вальтрапами. А какие жупаны, украшенные золотым и серебряным шитьем, витыми шнурами, отороченные дорогим мехом — не ради тепла, но для того, чтобы показать вельможному панству свое богатство.

Трубили рога, лаяли собаки, дробно стучали копытами лошади, легко перенося седоков с одного берега ручья на другой. Скакали рядом с гордыми шляхтичами прекрасные паненки с разрумянившимися щечками и сверкающими глазами. Сладко замирали сердца отважных полковников-региментарей и панов каштелянов, когда они ловили многообещающий взгляд прекрасной Зоси или Ядвиги.