Дикое поле

Валиде не раз плела заговоры, приводившие к потрясениям трона, и почему бы теперь не использовать ее в собственных интересах! Пусть она мечтает посадить на престол своего другого сына — Ибрагима, вопреки закону не умерщвленного Мурадом. Но откуда ей знать, каковы истинные планы старого евнуха? Ведь не колдунья же она? Хотя кто может это с уверенностью утверждать, судя по ее делам?

Ладно, если ей так хочется, чтобы султаном стал Ибрагим, — ради Аллаха! Фасих готов помочь ей. Тем более такой поворот событий его устраивает как нельзя лучше: Мурад, хоть и пьет, отважен и умен, а Ибрагим недалек и слабоволен.

Валиде лелеет надежду управлять огромной империей за спиной второго сына, отправив Мурада в темницу или избавившись от него при помощи яда. Если не удастся отравить, найдутся люди, готовые нанести удар ятаганом в спину или перерезать горло во сне.

Ибрагим не противник, он быстро разделит судьбу старшего брата, Османа, убитого восставшими янычарами, — на этот раз их проведет во дворец сам Фасих-бей.

А с валиде он поступит так, как поступают с неверными женами в гареме: велит зашить в кожаный мешок вместе с разъяренной кошкой и ядовитой змеей и сбросить в пучину залива!

Мурада свалить труднее, поэтому стоит заключить временный союз с коварной Кезем и ее приспешниками — пусть они расчищают дорогу к трону тихому сухому старичку, якобы, давно удалившемуся от дел. Он им потом покажет, в чьих руках теперь власть!

Многие, очень многие недовольны тем, что Мурад воюет с единоверцами, осаждая Багдад.

Учитывая это, Фасих-бей тайно поддержал недовольных, обещая им, что вскоре зеленое знамя пророка будет реять над славянскими странами и сабли турок начнут рубить головы гяуров. Как было бы сейчас кстати раскрыть заговор славян, схватить их разведчиков, наверняка действующих в столице, и — уже открыто — возглавить тех, кто потребует начать войну на Севере. Эта мутная волна захлестнет и утопит большинство соперников и противников Фасиха, но зато может высоко вознести его самого.

Вот почему ему так нужен урус-шайтан, захваченный в Крыму. Он сделает его пешкой в своей опасной игре, очередным кирпичиком в ступеньке, ведущей к трону. Но раскрывать свои замыслы нельзя никому. Недаром старая мудрость гласит: то, что скрываешь от врага, не доверяй и другу, ибо нет гарантий, что дружба будет длиться вечно.

Услышав за спиной почтительное покашливание, евнух недовольно обернулся.