Дикое поле

Имя ему — золото!

Кошелек, набитый монетами, даст все, что только пожелаешь: домик, садик, хороших коней, жаркий огонь в очаге и котелок с наваристой похлебкой. Только дуракам, когда они слышат звон золота, не грезятся чарующие картины, а Руфино, похоже, не дурак.

«Да, Джафар, отдохнуть тебе сегодня не удастся», — искренне пожалел себя толстяк и почти бегом заторопился по выложенным узорной мраморной плиткой дорожкам сада…

Увидев Анастасию, наряженную в разноцветные полупрозрачные шелка, дель Белометти был просто сражен.

Маленькие ножки рабыни искушенный в гаремных делах Фасих приказал обуть в ярко-красные сафьяновые туфельки. Зеленоватые шальвары позволяли оценить стройность ее ног. Талию Анастасии туго стянули алым, затканным золотом широким кушаком, на голову надели маленькую шапочку с пышным пером, которое удерживал аграф из сверкающих фальшивых камней. На настоящие евнух не разорился, справедливо рассудив, что прекрасная невольница сама драгоценный алмаз.

Сверху на рабыню накинули некое подобие туники, вышитой по вороту и подолу серебряной нитью, а довершала наряд короткая бархатная курточка, малиновая, ярко расшитая шелками, с золочеными пуговицами.

Лицо девушки до глаз закрывал яшмак из кисеи с золотыми блестками, колыхавшийся при каждом ее вздохе.

Прежде чем показать невольницу итальянцу, Фасих-бей сам придирчиво осмотрел ее со всех сторон. Недовольно поджав губы, приказал вплести в роскошные волосы Анастасии нитки с обточенным перламутром, и приказ немедленно исполнили. Наконец евнух остался доволен и велел спрятать рабыню за занавесью…

И вот теперь Джакомо получил сюрприз.

В первый миг, когда, по знаку Фасих-бея, откинули занавеску, итальянец даже отступил на шаг и издал восхищенный возглас. Невольница была прекрасна какой-то незнакомой, нездешней красотой, непривычной для южан, но завораживающей глаз и необъяснимо притягательной. Почти не слыша, что говорил ему Фасих-бей, венецианец, не отрываясь, смотрел на Анастасию и гадал, откуда ее привезли в столицу султанов. Где родина этой красавицы, как ее имя? Разве может такая девушка, с ее гордой осанкой, неземной красотой и полным достоинства взглядом, быть рабыней? Нет, такие рождаются, чтобы стать повелительницами мужчин, а не их служанками.

— Ты доволен моим подарком? — спросил евнух.

— Кто она? — прошептал венецианец.

Старик едва сдержал презрительный смешок: и этот жеребчик готов бежать за кобылкой, потеряв голову и позабыв обо всем на свете, лишь бы удовлетворить свою похоть.