Дикое поле

 — С кем же ты жила?

— С отцом и братьями. Не знаю, живы ли они теперь.

— Ничего, все будет хорошо, — погладила ее по плечу Варвара. — Не бойся, тебя не станут обижать. Мой муж добрый и справедливый.

— Муж? — удивилась Анастасия. — Кто твой муж?

— Мурза Иляс, — гордо выпрямилась хозяйка.

— И которая же ты по счету у него жена? — усмехнулась пленница. — Ты можешь спокойно говорить со мной, зная, что твой муж сегодня купил меня, чтобы сделать наложницей?

— У мурзы только одна жена и нет наложниц, — засмеялась Варвара.

Она придвинулась поближе и обняла девушку за плечи, слегка прижав к себе. На Анастасию пахнуло незнакомыми сладкими благовониями.

— Ты молодая, красивая. Поверь, я искренне желаю тебе счастья. У меня было три сына, а остался только один. Иляс согласился со мной, что у нашего Рифата тоже должна быть русская жена. Мой мальчик отважен и хорош собой. Он единственный наследник мурзы.

Настя слушала со смешанным чувством страха, и недоверия: единственная жена богатого татарского мурзы желает, чтобы у ее сына тоже была русская жена? Значит, старый Иляс купил рабыню для наследника?

— А где же братья твоего Рифата? — осмелилась спросить девушка.

Варвара помрачнела и отвернулась. Плечи ее чуть вздрогнули, и, когда она ответила, в голосе слышались сдерживаемые слезы:

— Не вернулись с Дикого поля… Сначала один, потом второй. Я плакала, не хотела их отпускать, но мужчина должен быть воином. Таков закон! Я хочу иметь внуков! Род Иляса не может прерваться.

— Они ходили на Русь? — ужаснулась Настя. — Русская мать отпускала своих сыновей грабить и убивать на ее родине? И ты хочешь, чтобы я легла в постель твоего сына и родила новых убийц?

— Опомнись! Что ты говоришь! — Варвара оттолкнула девушку, но та не замолчала.

— Я не хочу рожать татарчат! Воины нужны Руси, а ты, русская, родила врагов своего народа. Получается, что русские воюют с русскими в степи, рубят и арканят друг друга? Так орду не победить, нет! Ты стара и глупа, а я не дамся твоему сыну.

— Молчи! — Хозяйка вскочила и с размаху влепила пленнице крепкую пощечину. — Рабыня! Ты осмелилась порочить память моих детей?! Ты осмеливаешься противиться мне?

— Они убийцы, убийцы! — не помня себя, закричала Настя. — Я задушу твоего ублюдка, если он подойдет ко мне!

— Тварь! — взвизгнула Варвара, схватила пленницу за косу, пытаясь повалить, но та уперлась руками ей в грудь.