Дикое поле

Донцы смело окружили их на своих легких лодках, обстреляли из ружей и хотели взять на абордаж, но борта кораблей оказались слишком высокими, а попытки прорубить днища не удались.

— Турецкие корабли? — Петр воинственно встопорщил усы. — Вперед!

12 мая царь подошел со своими галерами к Каланчинским башням и хотел выйти в море, но северо-восточный ветер согнал воду с Дона, и низкая осадка галер не позволила вырваться на простор через мелкое устье. «Казаки! Лодки!» Петр взял сто легких казачьих лодок, посадил на них шесть тысяч казаков во главе с атаманом Фролом Минаевым и, обойдя все гирла, вышел в море.

Первый раз увидел он бескрайнюю гладь южных морей. Заходящее солнце бросало кроваво-красные отблески на башни Азова, сине-зеленые волны пенились прибоем. Вдали показались паруса.

— Один, два, три… девять! — насчитывали казаки.

Это на выручку крепости шло девять больших османских кораблей и несколько галер.

— Не отступим? — Царь поджал губы.

— Как можно? — Донцы перекрестились. — С нами Бог!

— Возвращаться не станем! — Петр уже был охвачен азартом предстоящего сражения.

— Вперед! — закричал царь.

Донцы дружно налегли на весла. Белая пена, сердито шипя, разбегалась от лодок. Хлопнул первый выстрел, казаки налетели на тумбасы и в жарком скоротечном бою захватили одиннадцать из них.

— А корабли? — Петр дрожал как в лихорадке, желая продолжать бой, пусть даже против вооруженных пушками тяжелых кораблей. Он уже поверил, что с такими удальцами все по плечу.

Османы заметили надвигающуюся флотилию казачьих лодок и решили не принимать бой — они отлично знали отвагу и ярость донцов в схватке. На кораблях рубили канаты, оставляли якоря на грунте и торопливо поднимали паруса.

— Уходят, уходят! —. в отчаянии вскричал Петр.

— Ветер слабый, — успокоил его атаман. — Догоним! Два самых больших корабля не успели уйти. Их борта окутались пороховым дымом, по воде хлестнула картечь и жутко просвистела над головами казаков.

— Виват, Россия! — Петр вместе с донцами пошел на абордаж. — Виват!

— С нами Бог! — Выхватив из ножен сабли, казаки полезли на палубы, турецких кораблей.

И началась страшная рубка! Кто-то из турок бросился на Петра, но охранявший его казак отвел удар и зарубил басурмана. Один корабль был сожжен, а второй потоплен. Другие лодки погнались за полугалерами и мелкими турецкими судами, заставили их повернуть и загнали на мель.