Во-вторых — я с обеда ничего не ела и желудок сводило болезненными спазмами. От одной мысли о еде рот наполнялся слюной, и за бутерброд я была готова продать душу самому дьяволу. Или Исаеву. Почему-то мне кажется, что разница невелика."
"Ну и в третьих — мужчина на крутой тачке хоть и был из тех, у кого на лбу с рождения высечено ""высокомерный засранец"", но что-то было в нем такое, что заставляло меня бросать в его сторону заинтересованные взгляды и вопреки здравому смыслу согласиться на поздний ужин в салоне автомобиля.
О таком мужчине можно только мечтать вечерами, рассматривая фото из интернета. Такие мужчины определенно не приезжают к потрепанной пятиэтажке, чтобы увидеть никому не известную девчонку просто так. Поэтому интерес победил. Я только надеялась, что не ошиблась и он все-таки не какой-нибудь маньяк-извращенец. У богатых свои причуды.
— Что? — ловлю на себе его пристальный взгляд, от которого мне становится не по себе. Я прекрасно понимаю, что вся его сдержанность на мои колкие выпады, вся эта вежливость — напускное.
Но если выбирать между тем, чтобы оказаться в теплом салоне машины, где даже есть сиденья с подогревом, пусть и в сомнительной компании мужчины, и холодной деревянной лавочкой, то у последней вряд ли будут хоть какие-то шансы на победу.
— Ничего. Угощайся. — Он кивает в сторону пакета с прозрачными контейнерами, и я, слегка помедлив, все же хватаюсь за десерт.
Мы молчим. Исаев не спешит начинать разговор, а я тем более не знаю, о чем можно разговаривать с таким человеком, как он.
Попросить выделить средства из бюджета на ремонт лестничной площадки нашего подъезда? Чтобы поменял проводку, которая периодически то тут, то там перегорает? Или спросить, не найдется ли у него свободной вакансии?
Пожалуй, это все, что приходит на ум рядом с ним. Ну в самом деле, не спрашивать же, как у него дела и почему он не едет домой к своей жене? А обручальное кольцо на его пальце я заприметила сразу. И почему-то этот факт кольнул меня больше, чем эгоистичное поведение сёстры.
— Вкусно? — голос Исаева разрезает тишину, и я поворачиваю голову, встречаясь с его взглядом. Жадным взглядом. Он странно смотрит на меня, а потом наклоняется, и, словно в замедленной съемке, я наблюдаю за тем, как его лицо становится все ближе и ближе. Его зеленые глаза затягивают меня и гипнотизируют. Я чувствую себя как маленький загнанный зверек перед хищником, к которому попала в ловушку. А потом он протягивает руку и я вздрагиваю, приходя в себя.
