— И теперь он ожил…
Тон которым это было сказано очень не понравился Еве, она на мгновение застыла, в мозг стрельнуло догадкой. Черт! Девушка бегом бросилась в соседнее помещение.
— Ульям, осторожно! Это таль!
— Древние! Что за тело? — проворчал незнакомый голос с очень знакомыми интонациями. — Ему хоть раз за это время массаж делали? И почему он так воняет?
Ева влетела в палату в тот момент, как Ульям с внушительной дубинкой в руках осторожно подходил к стоящему у кровати Маку. Она схватила лекаря за плечо и качнула головой.
— Не стоит. Он не опасен.
— Думаешь? — резко обернулся Мак и Ева поняла, что она погорячилась.
Очень погорячилась. С худого бледного лица на нее смотрели ярко-зеленые светящиеся глаза без зрачков, тонкие бледные губы плотно сжаты, на них застыла весьма неприятная ухмылочка.
— Выглядишь жутенько, — пробормотала Ева. — Гектор, это ты?
— Медленно отойдите назад, — перед ней встал граф Бальтазар."
"Рукава рубашки закатаны, в руке длинный тонкий кинжал, Ева забыла, как он правильно называются… вроде бы мизерикорд.
Дознаватель поднял руки и она увидела геометрические татуировки, они шли по внешней стороне предплечий и заканчивались на запястьях символами Трех.
Мак, по-птичьи склонив голову к плечу, с интересом за ним наблюдал, но когда дознаватель соединил руки, замыкая треугольный рисунок, таль расхохотался.
— Брось, граф, — махнул он рукой и Бальтазара отбросила к стене порывом ветра, где он и рухнул, не удержавшись на ногах.
— Я не таль, на меня это не действует, так что не мешай. Ева, иди сюда, у нас не так много времени, чтобы терять его на ерунду.
— Шата Ева, не слушайте его, эта тварь старая и хитрая, — дознаватель с трудом поднялся, держась за стену, но упрямо шагнул вперед, загораживая ее своим телом.
— А ведь приятно, когда тебя защищают, правда? Девочка моя, ты все же подумай над его кандидатурой. Умен, силен, амбициозен, — хмыкнул Мак-Гектор и кивнул лекарю. — Прошу, Ульям, никого сюда не пускать.
Обещаю, Еве я не причиню вреда.
Лекарь бросил взгляд на герцогиню, та кивнула и мужчина нехотя вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
— И этот умен. Он еще задаст свои вопросы, — удовлетворенно произнес Мак. — Ты никогда не задумывалась, с какой целью его сослали в крепость?
Ева вздохнула, она ни о чем таком не думала, и похоже — зря. Но как же трудно человеку из нашего времени ориентироваться в интригах чужого мира.
