За окном стрекотали сверчки, переругивались мужские голоса, откуда-то доносился визгливый смех и тихое пение… Горы отражали звуки, и понять, в какой стороне находятся люди, было сложно. Ева закрыла окно и направилась к выходу.
— Мастер Буш?
Секретарь читал, сидя на полу по-турецки и опираясь спиной о стену.
— Вы закончили, ваша светлость? — Он поднял голову и чуть заметно улыбнулся. — Не хотел вам мешать, но прибыл гонец с письмом для его сиятельства маркиза. Правда…
Он поднялся одним слитным гибким движением.
— И?.. — нахмурилась Ева, непроизвольно отступая на шаг.
Интересно, как давно прибыл гонец?
— Прошу. — Секретарь протянул ей конверт, скрепленный сургучной печатью. — Маркиз уже далеко, возможно, вам захочется ознакомиться с посланием и только потом решить, стоит ли оно того, чтобы посылать гонца за его сиятельством.
— От кого оно?
— Подписи нет, а у посланника отрезан язык.
Ева с подозрением уставилась на конверт, но брать его не спешила.
Она выросла во времена информационных войн и террористических актов и помнила, какие неприятности могут таить конверты от незнакомцев. Например, сибирскую язву!
— Прочти, — приказала коротко, внимательно следя за лицом мужчины.
Буш пожал плечами, сломал печать и с тихим шелестом вскрыл конверт. К счастью, из него ничего не посыпалось и не вылетело, кроме тонкого, сложенного пополам листка бумаги. Секретарь быстро пробежал по нему глазами и удивленно приподнял брови.
— Это шифр, но у меня есть ключ. Присядьте, шата Ева, это займет немного времени.
Через десять минут он подал Еве лист бумаги, на котором была написана цифра в три тысячи золотых и небольшая приписка: «Мой человек проведет вас к месту встречи».
— И что это? — не поняла она.
— Цена жизни вашего супруга, шата Ева, — задумчиво рассматривая ее, ответил Буш. — Всего лишь три тысячи золотых.
— Это же золотой запас небольшой страны! — ахнула девушка."
"— Ну что вы, это всего лишь годовой бюджет герцогства Ридверт, — снисходительно пояснил секретарь и тут же добавил: — До войны.
В семейное гнездышко Еву проводила Гленна, которая ждала за дверью. Времени горничная не теряла, она вовсю флиртовала с дежурившими у двери воинами. Ева же настолько устала, что даже думать было больно, болели глаза и спина.
