Здесь нет запретов! Каждый реализует свободу наслаждаться исключительно по собственному выбору! Поэтому именно здесь многие и свершают свой Акт Решения. Посмотрите!
Димка обернулся и ахнул — ни фигушеньки себе! Колумбия со своими жалкими наркобаронами может спать спокойно!
Развернувшаяся перед ним панорама потрясала. Все наркотические вещества, известные человечеству за всю его историю, начиная с табачных листьев и кончая электронными стимуляторами, были представлены здесь в таком изобилии, что дух замирал.
Белоснежные горы героина, стога конопли и бетеля, бескрайние просторы маковых плантаций, штабеля упаковок амфетаминов, барбитуратов и экстази, опиум, ЛСД, контейнеры галлюциногенных грибов, бесконечные ряды кальянов, стеллажи шприцов — не перечесть всех средств и приспособлений, изобретённых для «расширения сознания» и «астральных путешествий», призывно выставленных напоказ вокруг.
Здесь, так же как и в «продуктовых рядах», толкалось множество посетителей.
Всех их объединяло общее приподнятое настроение, эдакая радостная экзальтация, выражающаяся в восторженных криках, восклицаниях, лихорадочном блеске глаз, энергичных жестах. Словно они все были участниками какого-нибудь латиноамериканского карнавала, которого ждут целый год и который проходит всего за несколько дней.
— Не желаете приобщиться к удовольствиям избранных? — подобострастно изогнувшись, прошептал Димону Тофик. — Вечный «кейф»…
— Ara! Прям щас, метнулся! — оскорбился предложением Димка.
— У нас в школе только в этом году уже двое «торчков» «кеды на гвоздь повесили», то есть, типа, померли на фиг! Мне эта дурь по барабану! Кстати, а как у вас с «вечным кейфом» на основном уровне? Глянуть бы, а?
— Глядите!
Сперва Димка даже не понял произошедших изменений, вся окружающая обстановка осталась на своём месте. Хотя что-то изменилось…
Изменились люди! И как! Вместо весело переговаривающихся, восхищённо ахающих и повизгивающих, восторженно разглядывающих «товар» посетителей, теперь между рядами с наркотой бродили дёргающиеся, дрожащие, стонущие и ругающиеся полутени-полулюди с лицами, исполненными непрекращающегося страдания, измождённые и озлобленные.
Воздух будто наполнился звенящим от напряжения излучением их боли, словно на всём окружающем пространстве совершалась жестокая массовая пытка.
Димка шагнул к ближайшему из страдальцев.
