Династия. Бастард

Через пару лет я выкуплю свою долю по нынешней цене и смогу продать дороже. Либо оставлю, чтобы получать дивиденды.

— Понятно. То есть ты всё-таки ищешь выгоду.

— А кто её не ищет?

— Я. Мне не интересны деньги.

— Конечно, — улыбаюсь я. — Легко так говорить, когда у тебя пять процентов Династии и другие активы.

— Это не так, — с нажимом говорит Максим.

— Как скажешь.

— Не веришь? — уже с вызовом в голосе восклицает Макс.

Ох, чёрт. Оказывается, его легко вывести из себя.

— Будь моя воля, я бы от всего отказался! — продолжает он.

Немного помолчав, я киваю:

— Ты прав. Мы с тобой жили в разных мирах. Но теперь я вхожу в твой мир. Думаю, что рано или поздно нам придётся работать вместе. Как твоему отцу и дяде Виталию.

Максим дёргает головой и говорит:

— Хорошо. Я передам тебе управление своей долей Цитаты. Мне в любом случае некогда этим заниматься. В министерстве много работы.

— Не сомневаюсь. Спасибо тебе. Для меня это значит больше, чем ты думаешь.

— Я прошу только об одном, — произносит Макс и впервые смотрит на моё лицо. — Не опозорь честь фамилии. Князь не простит. Нам обоим.

— Знаю. Не переживай об этом. Честь фамилии лишь укрепится, когда я займусь Цитатой…

Сегодня

Центральный офис компании «Цитата»

— Прекрасно, — причмокнув губами, толстяк рядом с графиней отбрасывает копию доверенности. — Это наконец-то случилось. Династия запустила свои щупальца в нашу компанию.

В его голосе столько ядовитого сарказма, что я не могу не ответить.

— Династия здесь ни при чём, — перевожу на толстяка холодный взгляд. — Я действую от лица Максима Юрьевича.

— Вы с ним оба Грозины. Династия и ваша фамилия неразрывно связаны.

— И тем не менее, компания моего деда здесь ни при чём.

— Думаю, что в этой комнате все знают, кто вы такой, Александр, — кривится толстяк. — И каково ваше место в семье Грозиных.

— Не сомневаюсь. Тогда в чём смысл вашего выступления? — спрашиваю я, не спуская глаз с собеседника.

Все остальные в комнате, в том числе графиня, внимательно наблюдают за нашим небольшим состязанием.

Я с порога повёл себя с ними как равный. Теперь толстяк вроде как испытывает меня на прочность. Хорошо, я только рад!

— Барон Булатов, — представляется тот. — Богдан Борисович.

Всё на букву Б. Как забавно."

"— Рад знакомству, Богдан Борисович. Кстати, я учусь в одном классе с вашим сыном.