Династия. Изгой

Он пытается подняться, но у него не хватает сил. Обессиленно рухнув обратно на кресло, он говорит:

— Не смей говорить со мной в подобном тоне, Юра, — голос князя дрожит от гнева.

— А я смею! Что ты сделаешь⁈ Изгонишь меня, уволишь из Династии, что⁈

— Остановись, — почти цедит дедушка.

Виталий бросается к Юрию и хватает за плечи.

— Юрий, брат! Это наш отец. Приди в себя.

— Я должен прийти в себя⁈ Он не в своём уме! Он прямо сейчас смешивает наше имя с грязью!

— Это временно. Только временно.

Понизив голос, Виталий что-то шепчет брату на ухо. Тот мотает головой, рыча сквозь зубы. А потом отталкивает Виталия и быстрым шагом идёт к выходу.

— Я этого не приму! — орёт он на ходу. — Все слышали⁈ Я не принимаю бастарда и его мать, как членов рода. Я не принимаю его, как наследника. Если этот ублюдок станет князем — я объявлю войну.

— Юра! — восклицает Алексей. — Не бросайся такими фразами!

— Я не шучу. Если он станет князем — я устрою войну внутри рода.

Остановившись у двери, Юрий вонзает в меня взгляд. Я медленно киваю в ответ.

— Услышал, дядя.

— Молодец!

— Только не подумайте, будто я так просто позволю себя убить. Если понадобится — будем воевать.

— Замолчите оба! — приказывает Григорий.

Юрий вылетает из комнаты, хлопнув дверью так, что стены дрожат. Татьяна, смахивая слёзы, поднимается и кланяется князю:

— Простите, ваше сиятельство. Вы же понимаете, он не всерьёз. Он просто рассержен.

— Так иди и успокой его, — сухо отвечает Григорий.

Ещё раз поклонившись, Татьяна бежит следом за мужем.

Мама берёт меня за руку и крепко сжимает. В её взгляде столько страха, что мне становится не по себе. Сжимаю её руку и одними губами произношу: «Всё хорошо».

Анна лишь мотает головой. Да уж. Вряд ли ей кажется, что всё хорошо.

— Как заметил Виталий, назначение Александра действительно временно, — говорит князь. — Может быть, я выберу другого наследника. А может быть, и нет.

— Да, ваше сиятельство, — тихо отвечает Макс.

Он всё время простоял в глубине комнаты, и я почти его не замечал. Выглядит Максим не менее напуганным, чем моя мать.

Григорий обводит членов семьи взглядом и говорит:"

"— Образумьтесь. Перестаньте строить друг другу козни.