Династия. Наследник

Наоборот, при взгляде на этот шторм возникает какое-то грядущее и тревожное ощущение.

— Интересный вид, — говорю я, кивая на экран.

Ромэн, встав перед экраном, закладывает руки за спину.

— В раннем детстве я какое-то время жил в Греции, рядом с Эгейским морем. Почти такой же вид открывался из моего окна. Мне нравилось наблюдать за тем, как рождается шторм, — рассказывает он. — До сих пор помню это чувство предвкушения. Когда уже сверкают молнии, от грома трясутся стёкла в окнах, волны в ярости бьются о скалы. И вот, начинается ливень и затапливает всё вокруг.

На его губах на мгновение появляется тонкая улыбка. Затем он садится за стол и говорит:

— Присаживайтесь. Кофемашина в углу, если желаете."

"— Нет, спасибо. Значит, вы жили не только во Франции, но и в Греции, — говорю я, садясь в кресло. Мой гвардеец остаётся стоять у двери.

— Францию я считаю своим домом, потому что учился там в школе и провёл, можно сказать, самые счастливые годы.

— У вас была насыщенная жизнь. Почему же вы решили осесть в России и работать в крупной корпорации? Вам не скучно? — интересуюсь я.

— Вовсе нет. Передо мной стоят крайне интересные и важные задачи. Одну из них я по приказу князя поручаю сегодня вам, — с этими слова Ромэн достаёт из сейфа красную папку и кладёт её на стол. — Прошу.

— Можете сказать, на что особо обратить внимание? — спрашиваю я, подтягивая папку к себе.

— На всё. Но главное — на мирный договор, который Медведевы и Вронские подписали по итогам войны. Именно благодаря тому, как он написан, Вронские сегодня нашли лазейку и пытаются вернуть земли. Может быть, вы сможете найти в нём ещё что-то, что обернёт ситуацию в нашу пользу. Хотя лучшие юристы Династии уже пытались.

Приподнимаю папку. Увесистая. Здесь не меньше сотни страниц, а у меня не так уж много времени, чтобы со всем разобраться.

— Я могу показать эти материалы своим людям? — спрашиваю я.

Подумав, Ромэн медленно кивает и говорит:

— Только при условии, что они сохранят информацию в тайне.

— Само собой. Я доверяю своему отделу инфоборьбы.

— Отдел инфоборьбы? — с интересом уточняет Ром.

— В современных дворянских конфликтах информационная война зачастую наносит больше ущерба, чем гвардия.

— В чём-то вы правы.