Диплом по контракту

Думали встретиться с кем-то конкретным?

— С одним тёмным. Мы пересекались, когда я был моложе. Он тогда сказал мне умную вещь, но я не послушал. — Старик попытался сесть, но был слишком слаб, приподнявшись на локтях, он снова упал.

Я сгребла сено и подсунула ему под спину, а потом перестала скромничать и создала иллюзию спальни. Теперь старик лежал на роскошной золочёной кровати, накрытый не тёмным тряпьём, а пушистым покрывалом, под спиной у него оказалась широкая подушка. Просёлочная дорога исчезла, сменившись видом просторной комнаты.

Стены в ней были обиты золотисто-бежевым бархатом и украшены мозаичными картинами из драгоценных камней. С потолка свисала огромная люстра, каждая подвеска которой уже сама по себе служила источником света. Только закончив иллюзию, поняла, что скопировала дворцовые покои Элмара, но тот лишь ободряюще кивнул, давая понять, что ничего не имел против.

А вот старику иллюзия понравилась. На его губах появилась счастливая улыбка, точно у ребёнка, получившего желаемый подарок.

— Он тоже умел творить чудеса.

— Как… Как его звали? — тихо спросила я, уже зная ответ.

— Сатор. Эдриан Сатор. Я хотел передать свою Тьму ему.

По моему настоящему лицу потекли слёзы, но внешне я оставалась всё той же милой и невозмутимой чилден-гномкой.

— Не печалься обо мне, гномочка. Я прожил хорошую жизнь. Так ты согласна?

— Я… Я попробую. Мне никогда раньше не приходилось это делать.

Кровавая лиана не в счёт. Её суть поглотил мой меч, я сама в процессе практически не участвовала, но то, что мне предлагал этот тёмный, было слишком личным.

И я боялась оплошать, боялась, что не смогу выполнить последнюю волю умирающего. Что ошибусь, а второго шанса не будет. Я не знала, чего мне ждать…

И всё-таки я чувствовала, что не должна отказываться. Как и в доме бабушки мастера Ар-Хана, я сжала чужое запястье, и мои мысли заполнили красочные образы иной жизни.

Я увидела крепкого деревенского парня, только открывшего в себе дар тёмного.

Недоверие, страх и затаённая надежда, я ощутила эти эмоции как свои собственные. На смену им пришло горькое разочарование — дар деревенского паренька оказался слишком слаб, и ни один тёмный не пожелал взять его в ученики. Но ярче всего умирающий пережил момент, когда с его губ сорвались злые слова в адрес девушки, которая предпочла другого. Брошенное в сердцах стало проклятьем, погубившим невинную и её нерождённое дитя. А потом я увидела отца.