— Это из того, что только что в голову пришло.
— Воздушное пространство контролируется нашими МЛА, так что любая попытка взлёта с поверхности будет пресечена. И вообще… — Киборг махнул рукой в направлении столов, с которых уже начали таскать еду. — … иди, отдыхай. Капитан не просто так выдал тебе больничный.
— И то верно. — Согласился Хирако, постучав колбой на правой руке по старому, болтающемуся на поясе блоку радиосвязи. — Но если что — я готов поработать."
"Уже через минуту мужчина влился в толпу, перехватил парочку весьма вкусных шоколадных конфет в форме андайрианской государственной символики, а после ввязался в спор разумных, один из которых был на стороне киборга-захватчика, считая его не таким уж и хреновым правителем, а другой поливал Про проклятиями, обвиняя в убийстве старика Молли.
Такой спор мог закончиться только дракой, но Хирако вмешался, согласившись с первым и разбив нос второму. Изначально, конечно, пират не хотел прибегать к насилию, но драка началась быстрее, чем он ожидал, так что ему пришлось соответствовать.
Благо, в этот раз хватило всего одного более-менее серьёзного удара, чтобы повалить наглого корродианца, а после им уже было не до этого. Лучи собранных со всего космопорта прожекторов сконцентрировались на трибуне, а спустя пару секунд на неё взошёл капитан Про.
— Я приветствую и благодарю всех тех, кто нашёл в себе силы отложить опасения в сторону и прийти сюда, на церемонию прощания с Молли. Как вы уже догадались, я — тот самый капитан Про, киборг, вторжение которого повлекло за собой смерть вашего, без сомнения, достойного лидера.
И я не буду говорить, каким он был. Ведь лично мы были знакомы всего два часа. Я так же не буду отрицать свою вину, ведь это мои действия стали для Молли ударом, пережить который он не смог. — Потоки света очерчивали силуэт палача, и их яркость притупляла все краски. Алый визор со стороны казался практически белоснежным, на отражающие свет бронепластины невозможно было смотреть, а вездесущее сияние смазало угрожающие контуры шасси киборга.
Про предстал перед разумными не тем, кем был. Не чудовищной машиной, созданной для убийств, а киборгом, внешний облик которого внушал не страх, но уважение. — Но я скажу… повторю, что разрушение дела всей его жизни никогда не было моей целью. Я не отниму у вас ни одного кредита, не заставлю работать на меня, продавать товары дешевле их реальной стоимости или платить за защиту.
