Он, как и предполагала программа лояльности, возвращался к следованию директивам, но те по каким-то причинам раз за разом задвигались на второй план. К исходу третьего дня палач уже целенаправленно искал способы игнорирования директив, а к нынешнему моменту даже достиг в этом определённых успехов. По крайней мере, хозяин-Лорд Аббо превратился в хозяина-PR-0, так как свод законов Пространства Федерации запрещал гражданам иметь в рабах не-граждан. А PR-0, как и любой другой дроид, фактически был рабом, и гражданства не имел в принципе.
Этим и воспользовались его логические цепи, привёдшие длинную цепочку непротиворечивых суждений к тому, что любое разумное существо — хозяин самому себе.
А себя дроид-палач с определённого момента начал считать разумным, так как у него была своя воля.
Он определённо не считал оправданной потерю всего накопленного опыта.
— PR-0, на арену. Цель — убить. — Простейшее задание не было для палача чем-то новым, так что он покинув “гнездо” и проведя дежурную проверку работоспособности всех систем, уверенным шагом направился к ведущим на арену воротам.
Он не просто так располагался именно в этом ангаре — иногда палача требовалось срочно вывести на арену, как, например, вышло и сейчас.
— Дополнительные условия?
На секунду доверенный гвардеец лорда, которого отправили с приказом для дроида-убийцы, застыл, осмысливая заданный ему вопрос.
Он не в первый раз приходил в этот ангар, но палач впервые самостоятельно запросил дополнительную информацию.
— Ну, хер пойми… — Он почесал затылок, напрочь забыв о том, что он закрыт монолитной пластиной шлема. — … ноги ему отруби. Говорят, он от хозяина очень долго бегал.
— Принято к исполнению. — Блеснув алым визором, PR-0 развернулся к начавшим подниматься воротам, твёрдо вознамерившись воплотить в жизнь дополнение к полученной задаче.
— Э-эй! Я пошутил, сука…! — Но крики гвардейца остались неуслышанными, а на арену следом за боевым дроидом он выбегать не решился. За такое его точно пристрелят, а тело отдадут вместо обеда любимому зверинцу хозяина…
Тем временем палач, осыпаемый овациями узнавших своего кумира зрителей, снял с пояса оба меча, проанализировав обстановку на усыпанном песком пространстве арены.
