Дитё. Двойной удар

Да, они жадно смотрели на нас, но так как были свидетелями использования пушек, а главное результата стрельбы, то победил здравый смысл.

Вторая галера отошла, вот с левого борта появились весла, забил барабан, и они стали синхронно опускаться и подниматься.

— Уходят, — облегченно выдохнул Федор. Галера, повернувшись к нам кормой, стала достаточно быстро удаляться. Почему-то парусом они не воспользовались, хотя ветер был почти попутный.

— Да, избавились от груза, — согласился я, потирая покрасневшие глаза и отчаянно зевая.

 — Ладно, пора и нам честь знать. Принимаем присягу новых холопов и готовимся к отходу. Купцы уже, наверное, заждались, крайний срок закончился еще вчера.

Ночью мало кто спал, поэтому мы успели сформировать временный экипаж для галеры, и дальнейшие действия много времени не заняли. Скоро мы отошли от галеры, где капитаном стал Федор, передав временное управление ушкуем своему заму, старпому Игорю Вятке. Это был рослый двадцатилетний парень, раньше занимающий должность помощника кормчего.

Бывшие рабы, уже переодетые в отстиранные одежды своих бывших хозяев, подняли парус, и галера неторопливо двинулась вдоль берега к устью Дона.

Мы с Ветровым, за это время приняв новых воинов, занялись на борту галеры усиленной тренировкой будущих солдат, благо места там хватало. Трех сержантов я сделал старшинами, поставив над десятками. Сержантов пусть выбирают сами. Понимаю, что у меня слишком много командиров, но помня о возможном кадровом голоде, я решил своевременно закрыть эту брешь.

По прикидкам, младших командиров у меня скоро хватит на батальон.

Со старшинами и сержантами я обычно занимался сам, вбивая в них обычные общевойсковые уставы и тактику применения небольших подразделений. За последние семь дней я мало что успел вложить в их головы, но то, что успел, они применяли блестяще. Способные ученики, хотящие и любящие учиться. Сейчас из-за трофея теоретическая учеба прервалась, но я не расстраивался. Пусть отдохнут, заслужили.

Команда галеры насчитывала сто пятьдесят человек, маловато, конечно, в основном приживалы, или попутчики, как я их называл, но было четыре десятка воинов и один из артиллерийских сержантов.

Я все-таки присвоил им звания на борту галеры. В торжественной обстановке вызвал из строя и под взглядами попутчиков, с любопытством смотрящих это представление, вручил самодельные нашивки.

Тут я придумывать ничего не стал, просто нарисовал обычные воинские знаки различия Советской армии.