Выковыряв пулю из груди на глазах у шокированных казаков, я оживил гвардейца и, подарив ему пулю, приказал им:
– Хватит на сегодня, я слишком устал, но через пару дней, когда отдохну и восстановлюсь, могу полечить ещё, мне нетрудно. Солдат и офицеров, получивших раны за государство, лечу бесплатно в любое время, кроме когда сплю, остальных только по записи и за плату. Всё, свободны, сутки меня не беспокоить, я буду спать.
Раздевшись, я добрался до кровати и, упав на неё, мгновенно вырубился, провалившись в такой спасительный, дающий отдых сон.
Когда я проснулся и посмотрел в окно, там ожидаемо был вечерний закат. Широко зевнув, я дотянулся до шнурка в изголовье и стал его дёргать. Буквально через десять секунд трое лакеев принесли мне прямо в кровать подносы с завтраком. Двое ушли, а один остался прислуживать мне.
Когда я почти закончил, раздался стук в дверь, и после моего разрешающего окрика в спальню прошёл уже хорошо знакомый поручик Усов.
– Доброе утро, Артур Кириллович. Государь шлёт вам привет и приглашает навестить его в том же рабочем кабинете.
– Передай императору, что сейчас поем, приму ванну, и навещу его.
– Хорошо, ваша светлость.
– Так, стоп! – скомандовал я. – Что это сейчас такое было?
– Государь подтвердил за вами княжеский титул. Это всё, что я знаю, Артур Кириллович. Указ подписан сегодня в два часа пополудни. Я сам оформлял все бумаги.
– Всё, топай, – велел я и, продолжив трапезу – остался чай и гренки, – размышлял о той новости, что получил.
С одной стороны, странно – я честно рассказал ему, как побил двух дворян, там же ещё девка была, но её я не тронул. Как подрался с жандармами и ушёл от них, и что легко подделывал местные документы, а тут раз – и князь! Ох, неспроста это, седалищным нервом чувствую, что будет предложение, от которого невозможно отказаться… Хотя о чём это я, мне всё по хрен, я от любого предложения при желании откажусь. Надавить на меня нечем.
Чем он на меня сможет надавить? Долгом перед государством? Ржунимагу.
Моё государство, где я родился, давно в небытии, тем более как правитель я уже отдал долг народу и государству, передавая его в полном порядке своему наследнику. То есть правителем я уже был, и категорически против повторять всё это дело. До сих пор с содроганием вспоминаю те времена. Власть мне неинтересна по причине её скучности, а в драку, развеяться, меня не пускали телохранители из гвардейской роты. А тут я свободен и делаю, что хочу.
