Вынырнув на поверхность, я быстро привёл свой организм в порядок, только слегка изменив его, всё-таки вода была ледяной, и только тогда осмотрелся. Где-то на горизонте ещё виднелись дымы яхты и крейсера, но они были далеко. Под водой я находился порядка трёх часов.
– Ты на всю жизнь запомнишь это своё решение, – зло пробормотал я и поплыл следом. Именно в той стороне и была земля – одним словом, самое короткое расстояние.
Через пару часов злость на императора прошла. Он ещё сам не знал, что я уже полностью отомстил за это его предательское решение.
Подозревая, что он что-то учудит – правда, я не ожидал именно такого, – за полгода внедрил во всю его семью не передаваемый другим собственноручно разработанный мною вирус. Он находился в телах всех членов императорской семьи, и запустить этот вирус мог только ключ, который я успел внедрить в императора, сам он таким вирусом заражён не был. Заразил я этим вирусом действительно всех, и как только император встретится с одним из своих родственников, вирус активируется и пойдёт цепная реакция, родственник передаст его следующему, а тот следующему, и меньше чем через месяц они все умрут в жутких муках на глазах Александра Второго.
Ну, хотя бы часть на глазах, остальные кто где. Останется он только один, вот тогда и попомнит мои слова, что зря он меня предал.
Тут мне пришло в голову, что Николашку ко мне так и не подводили, я так с ним ни разу и не встретился, и над свинцовыми водами Белого моря, где торчала одна моя голова, раздался яростный мат.
Видимо, Александр помнил мои слова, что я сверну ему шею при первой же встрече. И плевать мне было, что ему всего три годика на то время.
– Похоже, у России на роду написано иметь императором Николая Второго, – криво усмехнувшись, пробормотал я, после чего продолжил энергично плыть к берегу. Надеюсь, дня за три доберусь, всё-таки сто километров пути, плюс-минус.
До берега я добирался два дня, из-за отсутствия пищи приходилось тратить собственные резервы, так что из моря я вылез высушенный, как скелет.
Пару раз мне удалось, ныряя и гоняясь за стайками рыб, поймать одну, да и то используя свои возможности – я заставлял рыбину остановиться. Жаль, что мои возможности действуют на столь коротком расстоянии. Потом, покачиваясь на волнах и отплевываясь от чешуи, я ел сырое мясо, ел жадно, рыча от удовольствия. Так и плыл. Если бы не пара рыбин, наверное, не доплыл бы. Возможностей организма бы не хватило, и так затратил все резервы.
