Дитё. Князь

Капитан, который мне своим характером нравился всё меньше и меньше – не авантюрен он, отправился выполнять мой приказ, а я занялся подготовкой. Велел Лукину готовить казаков для абордажа броненосца – вот уж кто с восторгом поддержал меня! – а сам спустился в каюту, забрал там несколько нужных вещей и прошёл в кают-компанию.

– Господа. Извините, что нарушаю вашу игру, – обратился я к присутствующим. – Но появилась новая работа. Мне нужны Игорев и Евсеев, остальные могут дальше заниматься своими делами.

Когда мы поднялись на палубу, более уверенный Евсеев спросил у меня:

– Оплата договорная?

Из трёх десятков мошенников на родину возвращались только эти шестеро, двенадцать решили поступить на службу в военную разведку и сейчас осваивались в разных странах, скупая предприятия и заводы.

Контроль над ними будет наш. Кто решил осесть в Америке или других странах – заработали они нормально, – а кто-то «случайно» погиб, когда пытался нас кинуть. Таких умников было двое.

Работа по рейдерству была закончена, эти шестеро, получившие искупление всех грехов и неплохо заработавшие, возвращались с нами в Россию к семьям, но от попытки заработать ещё денег они не отказывались.

– А как же. Пятьдесят рублей золотом каждому. Работёнка у вас будет самая простая. Сейчас переодеваетесь под американцев. Винную лавку помните?

– Её. Так вот, нанимаете две грузовые повозки, покупаете там грогу и рому десяток бочонков, он там неплох, и отвозите всё на вон тот броненосец. Поторопитесь, он скоро отходит.

Но предварительно накапайте в каждую бочку вот этого средства, – протянул я Евсееву литровый стеклянный пузырёк.

– Какой процент на литр?

– Полкапли с головой хватит, – усмехнулся я. – Дежурному офицеру скажите, что это подарок с американского монитора, он за мысом стоит, об этом все знают. Говорите с американским акцентом, причём так, чтобы и на пирсе прохожие и зеваки вас слышали. Всё, бегом, отрабатывать свои деньги.

Через минуту оба афериста скрылись в припортовых улочках, а я, расположившись на парусиновом стуле с трубой в одной руке и свежим соком в другой, наблюдал за броненосцем и тем, что творится рядом с ним.

Народу там хватало.

Через час на моих глазах на большой скорости к кораблю подъехали повозки, гружённые бочками. Трап от меня борт броненосца скрывал, и я не знал, что там происходит, но догадывался. Минут двадцать я терпеливо ожидал – пока рядом Лаврентьев трясся как на иголках – продолжения аферы.