Дитя дьявола

Во время второй встречи мистер Комин вел себя подчеркнуто уважительно.

Лакей доложил о прибытии неожиданного гостя. Мисс Чаллонер встала. В гостиную стремительно вошел мистер Комин. Мери присела в реверансе. Ей почудилось, что губы молодого человека сжаты решительнее, чем обычно. Он поклонился и сказал, скорее утверждая, нежели спрашивая:

— Вы одна, сударыня.

— Да, — ответила мисс Чаллонер. — Разве привратник не сообщил, что мисс… что мадам недавно уехала?

Мистер Комин хмуро кивнул.

— Ваше первое предположение, сударыня, было верным.

Я надеялся застать здесь не мадам де Шарбонн, а мисс Марлинг.

Меня, конечно, известили, что ее нет, но я позволил себе убедиться в этом лично, сударыня, полагая, что вы не откажете мне в любезности сообщить о местопребывании мисс Марлинг. Мисс Чаллонер предложила ему присесть. Судя по всему, отношения мисс Марлинг и ее поклонника складывались не совсем гладко. Туманные намеки и капризные вздохи, на которые Джулиана не скупилась в последнее время, позволили проницательной мисс Чаллонер сделать вывод, что мистер Комин чем-то обидел даму сердца.

Мери догадывалась, что для мистера Комина сдержанность является высшим проявлением благородства. Она с радостью поделилась бы своими соображениями, как следует вести себя с Джулианой, но такая откровенность вряд ли соответствовала бы представлениям мистера Комина о хорошем воспитании. А потому Мери ограничилась коротким ответом:

— Конечно, сударь. Мисс Марлинг отправилась на бал, как я полагаю, к мадам де Сен-Вир.

По выражению лица гостя она поняла, что нашла не самое подходящее время для правдивых ответов. На лбу мистера Комина залегла глубокая морщина; он нахмурился, что, на взгляд мисс Чаллонер, пошло лишь на пользу его внешности.

— В самом деле, мадемуазель? — спросил он ровным голосом. — Я так и подозревал. Очень вам благодарен.

Судя по всему, мистер Комин собирался откланяться, но мисс Чаллонер взяла на себя смелость остановить его.

— Прошу прощения, мистер Комин, мне кажется, вы чем-то расстроены?

Он горько усмехнулся.

— Вовсе нет, сударыня. Наконец-то я понял, что изысканные манеры высшего света вряд ли мне доступны.

— Сударь, почему бы вам не довериться мне? — мягко спросила Мери. — Джулиана моя подруга, и, полагаю, я отчасти понимаю ее. Я была бы рада вам помочь, но мне не хочется выглядеть навязчивой.

Мистер Комин пребывал в сомнениях, но доброжелательность и ободряющий взгляд мисс Чаллонер побудили его остаться."

"— Вы очень добры, сударыня.