Дитя дьявола

Не значит ли это, что они все-таки направляются к шотландской границе? Ей пришло в голову, что если цель путешествия и в самом деле Гретна Грин, то она подложила сестре самую большую свинью, какую только можно себе представить. Снаружи было слишком темно, и девушка не смогла определить, движутся они на север или нет.

Мери ни разу не путешествовала в каретах с такими отличными рессорами. Даже на булыжных мостовых она не испытывала никакой тряски. В окошко Мери не увидела сопровождающих и решила, что они, наверное, едут сзади.

Вскоре ей в глаза ударил лунный свет, отраженный от водной глади, и Мери снова приникла к окну. Карета ехала по мосту.

Мисс Чаллонер разглядела вздымающиеся волны Темзы и поняла, что экипаж направляется на юг. Они ехали не в Гретну.

Как ни странно, это открытие обрадовало мисс Чаллонер.

Едва выбравшись за пределы Лондона, лошади припустили во весь опор. Мери испугала эта безумная скачка, ей казалось, что вот-вот произойдет катастрофа, но вскоре она привыкла к скорости и даже задремала, убаюканная мерным покачиванием кареты.

Разбудила ее резкая остановка. Мери открыла глаза и увидела огни, услышала голоса и стук копыт. Вот и пришел час расплаты, подумала она, обреченно поджидая, когда ей предложат покинуть карету. Из-за туч выглянула луна. Мери попыталась определить, где они находятся, но разглядела лишь качающуюся на ветру вывеску. Похоже, экипаж остановился только для того, чтобы сменить лошадей. Внезапно дверца кареты отворилась, и Мери тут же забилась поглубже в угол.

— Не спите, моя терпеливая беглянка?

Мисс Чаллонер затаила дыхание. Если бы ей хватило мужества, она бы открылась прямо сейчас. Мери сжалась, представив сцену разоблачения на ветреной ночной дороге на глазах у хихикающих конюхов.

Раздался приглушенный смех и стук закрывающейся дверцы.

Маркиз исчез, мгновение спустя свистнул кнут, и карета понеслась дальше.

Заснуть мисс Чаллонер больше не смогла. Она сидела, выпрямив спину, сложив руки на коленях и напряженно вглядываясь в проносящуюся мимо темноту.

Вскоре карета опять остановилась, но на этот раз перемена лошадей заняла несколько мгновений, и к дверце кареты никто не подошел. Наступило раннее сумеречное утро. Мери не предполагала, что ее обман затянется так надолго; она мрачно гадала, в котором часу окажется дома.