Отойдя от двери, впустил эльфа в свои покои, и он незамедлительно бросился к девушке, которая не приходила в себя.
— Дархор! Давай быстрее, она вся холодная! — осматривая Викторию, сообщил он.
Быстро пройдя в гардеробную, взял теплый длинный плащ, и мы с эльфом завернули девушку в него.
— Бери её на руки! Я буду идти немного впереди, проверю, нет ли стражи поблизости. — Дал указания я, и мы пошли, я впереди, эльф с девушкой на руках немного позади меня.
Несколько раз приходилось вырубать попадающуюся на пути стражу, и оттаскивать бессознательных мужчин в укромные уголки, дабы не наделать шуму раньше времени.
Выйдя из замка, эльф попробовал открыть портал, но у него ничего не вышло:
— Не понимаю! — удивлённо посмотрел он на меня.
— Нет времени! Бежим! — сказал я, видя выходящую из дверей стражу."
"К сожалению, нас заметили, и эльф, отдав мне девушку, оголил свои узкие клинки:
— Дархор! Если ты не спасёшь её, я убью тебя! — рыкнул он. — Иди!
Я не стал медлить, рванув к каменной арке, растворился во множестве переплетающихся улочек.
Я спешил как можно быстрее попасть в храм.
— Потерпи милая! Всё будет хорошо! — шептал я, прижимая её к себе.
Через пару часов мы были у храма. Вбежав в него, нашел жреца:
— Я хочу срочно провести обряд единения! — жрец, осмотрев девушку, покачал головой.
— Ваша пара не может дать согласия на ритуал. — Пояснил он причину своего отказа.
— Она моя истинная! — зарычал я.
— Ничем не могу помочь! — сказал он, и я, достав из пространственного кармана мешочек с золотыми монетами, протянул его жрецу.
— Так не положено… — замялся он.
— Дам ещё столько же после обряда! — после моих слов его глаза заблестели, и он, кивнув, повел меня вглубь храма.
В голове снова зашумело, я шел и слышал голоса, которые то звучали тихо, заставляя прислушиваться, то так громко, что думал, не выдержу. Меня слегка потряхивало от мыслей о том, что мне предстоит сделать, а также от того, что я переживал, чтоб это всё сработало, и моя пара осталась жива.
Когда мы вошли в тёмный ритуальный зал, освещаемый лишь магической сферой, жрец заговорил:
— Девушку положите туда! — указал он на большой плоский камень посреди зала.
— Так как она не может сама раздеться, вы должны сами сделать это сами.
Положил мою девочку на камень, я начал разворачивать плащ, с ужасом смотря на её побледневшую кожу. Прижался к груди, и, услышав стук сердца с облегчением выдохнул:
— Ещё есть время! — дрожащими руками снял с нее платье и бельё.
