По лестнице, торопясь мне на встречу, сбежала стройная блондинка, и повиснув у меня на шее, радостно защебетала:
— Мансур, дорогой! Как давно ты не приходил ко мне! — укорила она меня.
— Сайла! А ты всё хорошеешь! Чуть больше недели не виделись, а ты вон как расцвела! — бросил я ей комплимент, для того чтоб не зудела о том, что я пропал.
— Милый, не надо мне заговаривать зубы! — отстраняясь от меня, проговорила она. — Я скучала!
— Не начинай! Ты же знаешь, что можешь делать что хочешь! У тебя нет передо мной обязательств! — напомнил я ей.
— Найди себе кавалера!
— Мансур, дорогой мой, я всё прекрасно помню. Но кроме тебя, мне никто не нужен! — и она прижалась ко мне всем телом. — Ну же, милый, не томи меня! — замурлыкала она, мне на ухо давая добро к последующим действиям."
"Больше приглашений я не ждал, и сразу же впился в её губы поцелуем. Подхватив блондинку под бедра, усадил ее на большой деревянный стол, прямо здесь, внизу, в холе.
«Плевать мне на её слуг! Мне надо лишь одно, взять её, и утолить своё желание!» — разорвав верх её платья, добрался до небольших упругих холмиков, целовал и посасывал сначала одну вершинку, затем другую. Сайла стонала и выгибалась от моих ласк. Задрав её пышные юбки, сорвал бельё, и, приспустив свои штаны, грубо ворвался в её лоно.
— Да! Вот так! — просила она, откидываясь назад, практически ложась на стол, шире раздвигая ноги. — Сильнее! — со стоном попросила она, и я, подхватив её под бёдра начал двигаться в ней ещё быстрее, то полностью погружаясь, то почти выходя из её глубин.
В холл кто-то вошёл, и на пол полетел разнос с какой-то посудой, взвизгнув, вошедшая служанка унеслась прочь, а я без малейшего стеснения, продолжил свои движения, доводя Сайлу до пика наслаждения.
— Да… Мансур… — с хриплым стоном выдохнула она, и я, подхватив девушку на руки, прошел в её покои.
Бросив блондинку на кровать, стянул с себя вещи, и, подойдя к ней, перевернул, ставя её на колени.
— Мансур… — призывно выдохнула она, покачивая бедрами.
— Давай Сайла, поиграй со мной! — возбуждённо выдохнул я, смотря на то, как её гибкое тело прогибается, выставляя мне на обозрении всё её естество. — Ммм… Какие виды… — протянул я, разглядывая мокрые от возбуждения складочки. Провёл по ним пальцами, и, найдя именно то местечко, от которого она теряла разум, потёр его.
