Дитя прибоя

Но едва он добрался до третьей сотни, как в коридоре повис уже знакомый овал, из которого выглянула рожа Проклятого.

– Не делай этого, – сходу произнёс узник.

– С чего вдруг? Я про тебя и понятия не имел, а получил от твоих подонков столько проблем, что с удовольствием с тобой посчитаюсь.

– Это плохо закончится не только для меня.

– Удивил, – фыркнул Лёха. – Ты забыл, что я сам минировал твой алтарь и знаю, что взрывчатки там хватит, чтобы этот Проклятый булыжник на орбиту запустить.

– Ты не хочешь подумать, что будет с тобой.

– А это уже неважно. Что-нибудь да будет.

– Ты готов умереть за других?

– А ты до сих пор этого не понял?

– Значит, ты не остановишься?

– Нет.

– Но твоя жизнь на этом не закончится, а значит, я стану твоим вечным врагом. Хочешь всю оставшуюся жизнь прожить с оглядкой? Ведь я не успокоюсь, пока не уничтожу тебя.

– Флаг в руки, барабан на шею и электричка навстречу, – рассмеялся Лёха и изо всех сил дёрнул шнур.

Помня, что верёвка очень длинная, парень побежал к выходу, продолжая тянуть шнур за собой.

Только через десять шагов, как следует разогнавшись, он отпустил конец и помчался во весь дух. Теперь у него было всего восемь секунд, чтобы добраться до ближайшего скального зала. Только там он мог спрятаться от взрывной волны, которая должна была пронестись по длинному коридору пещеры. На ходу отсчитывая секунды, парень влетел в зал и, оскальзываясь на камнях, бросился за угол, приседая, открывая рот и прикрывая голову руками.

Грохнуло так, что, казалось, вся скала содрогнулась.

С потолка посыпался песок и мелкие камни. Словно тяжёлая упругая лапа толкнула парня в затылок, выбивая дыхание и искры из глаз. Кое-как отдышавшись, парень с опаской покосился на свод пещеры, но скала выдержала.

Лёха встал, поднял фонарь, вышел в коридор и задумчиво посмотрел в сторону капища. Но слабый луч масляного фонаря не мог пробиться сквозь поднявшуюся пыль.

– Всё кончено, – устало произнёс Дехас. – Капища больше нет, а прокол между мирами закрыт.

Ты справился, человек иного мира.

– Ну и ладно. Раз всё получилось, тогда пошли отсюда, – устало улыбнулся Лёха и не спеша побрёл к выходу.

Чувствовал себя парень так, словно неделю на себе кирпичи таскал. Дорога до выхода из пещеры казалась бесконечной, но всё рано или поздно кончается – кончился и этот старый, пропылённый коридор.

Добравшись до лаза, Лёха протиснулся в расселину и, выпрямившись во весь рост, опьянел от обилия степных запахов.