И скоро Басаргин остановился у знакомого подъезда. Чуть в стороне остановились две машины прикрытия, которые Тобако вызвал для охраны чеченки с сыном. Они в городе умудрились не отстать, что говорило о хороших водительских навыках охранников."
"У дверей стоял капитан Рославлев с аккуратной кожаной папочкой в руках. В мундире, что неназойливо сообщало – он опять дежурит по управлению антитеррора, хотя и снял повязку при выходе на улицу. Рославлев поджидал красный укороченный джип, в котором они беседовали с Басаргиным три недели назад, и не обратил внимания на новую машину Басаргина.
Пришлось просигналить. Только после этого капитан подошел и сел на переднее сиденье, потому что Зураб с Заремой и Арчи устроились на заднем. Здесь, в Москве, Арчи приходилось много ездить на машинах, и он уже почти потерял перед ними страх, вызванный взрывом, когда мальчик впервые в жизни оказался в подобном транспорте.
– День добрый, – поздоровался Рославлев с улыбкой и пожал руки Басаргину и Зурабу.
И сразу раскрыл папочку. – Александр Игоревич, генерал ждет вас, а мы пока здесь побеседуем.
Басаргин кивнул Зурабу с Заремой.
– Из машины не выходите.
Он хотел выйти сам, уже открыл было дверцу, но замер, добавив громкость радиоприемника. Передавали выпуск международных новостей.
Это заняло меньше минуты.
– Ну, я пошел. А новости иногда слушать полезно. Рекомендую!
И не стал выключать радиоприемник, надеясь, что музыкальная программа не очень помешает капитану Рославлеву предъявлять для опознания фотороботы террористов.
2Квадратные футуристические фонари на перроне вокзала Ле-Крезо светили ярко, но неестественным, болезненным светом. И потому не просто удивленным, а болезненно удивленным и даже более синим, чем раньше, показалось Гольдрайху лицо проводника вагона, когда Джошуа неожиданно вышел на станции вместе со своим маленьким саквояжем, показывая намерение прервать поездку раньше времени.
– Месье нас покидает?
– Покидаю.
– Вам так не понравилось в нашем поезде, что вы выходите, не доехав до своей станции?
– У меня в этом городе есть старая знакомая. Захотелось вдруг навестить ее. Имею я на это право как человек, не обремененный семьей и сопутствующими заботами?
– О да, месье, конечно… Женщины – святое дело… Но вы можете закомпостировать билет и в течение двадцати дней продолжить путь.
– Спасибо за подсказку. Я непременно так и сделаю.
