— Это болото называется Шальное, — на ухо Волину проговорил старший сержант, — сплошная трясина. В прошлом году на батальонных учениях тут из третьего взвода двое первогодков едва не утонули. Еле вытащили их оттуда.
Игорь карту боевых действий знал наизусть, в стороне от Шального раскинулись топи Марьяшкиной заводи, там были небольшие островки, поросшие кустарниками и небольшими деревцами. Эти болота разделяла перемычка в виде узкого, не больше тридцати метров в ширину, каменного плато.
— Пойдем напрямик через Шальное, — наконец произнес Волин.
— Да вы чё, товарищ капитан, — влез в разговор Жарков, — зачем ноги мочить-то, пойдем вокруг, между болотами проскочить можно и время сэкономим.
— Молод ты еще, Жарков, — ответил капитан, — а потому и не знаешь генерал-лейтенанта Хряща, а я его хорошо знаю. На прошлогодних учениях его люди мне руки заломили. Теперь я ученый и за мной должок.
Жарков удивленно пожал плечами, дескать, «вы начальник, вам виднее».
Игорь, прикинув на глаз ориентиры, отдал приказ подчиненным:
— Двигаемся цепочкой. На кисть правой руки надеть брючный ремень. Оружие над головой, кто почувствует, что его засасывает, не мельтешит, не брыкается, два свистка — его вытащат за ремень на руке. Полная тишина.
Первым в болотную жижу зашел Волин, держа автомат на весу. Следующим был Зиновьев, замыкающим двигался Завада. Этот русский богатырь должен был выполнять роль лебедки на крайний случай.
Группа двигалась медленно, то проваливалась в зыбкий смердящий ил, то, наоборот, выбираясь на твердую почву. Десантники уже достигли середины болота, когда со стороны перешейка донеслись звуки холостых выстрелов, хлопки взрыв-пакетов.
«Кто-то решил пройтись по сухому», — бесстрастно отметил случившееся Волин, сейчас ему было не до чужих проблем, впереди еще сотни метров зловонной жижи, таящие немало смертоносных сюрпризов...
В намеченный графиком срок эмиссар Интеллидженс сервис Чарльз Мортимер Д’Олэнторн покинул свой номер в гостинице, отправляясь с караваном афганских кочевников в Афганистан.
Но прежде чем покинуть Исламабад, разведчик отправил в Лондон шифровку с подробным рапортом о разговоре с резидентом ЦРУ Джеймсом Фишером, в конце которого значилось:
«Утечка информации все равно остается утечкой, независимо оттого, кто ею воспользовался, друг или враг».
