Джеймс Фишер, хорошо помнивший этот маршрут, знал, что в предгорье их ждет оазис с вечнозелеными деревьями, родниковой водой и теплым маленьким озером, где можно будет искупаться и отдохнуть после пустынного перехода."
"Американский резидент взглянул на своего спутника. Самир Баш ехал на своем скакуне точно так, как тогда, когда отряд покинул Пакистан. Лишь его одежда покрылась серым налетом пустынной пыли, он все так же был безмолвен, как и его люди. Кочевые наемники пересекли пустыню и теперь жили ожиданием приезда в столицу Афганистана.
Их американский наниматель обещал в Кабуле им еще заплатить. Звон монеты — это единственное, что радовало по-настоящему душу кочевника.
— Скажи, Самир, — обратился к нему американец, — твой младший брат большим человеком стал у генерала Дустума, командует батальоном, а почему ты все кочуешь, как двадцать лет назад? Ты ведь тоже воевал против шурави и их приспешников, почему тебе надо кочевать? Ты достоин быть большим начальником, как Ахмад Шах Масуд или сам Дустум.
— Э, — как потревоженный ворон, вскрикнул Самир Баш и вскинул правую руку, растопырив пальцы, — мой брат Ахмед много учился: и в Кабуле, и в Москве, и в Тегеране. Он может писать, как мулла, и долго говорить без отдыха, как дервиш. Он бывал в разных странах и видел много людей. Ахмед большой человек у Дустума, у него большой отряд. Но завтра надоест он генералу, и его выгонят, как шелудивого пса. А я вольный, как пустынный ветер, и мне никто не смеет указывать. Все зло от знаний, кто много знает, тот еще большего хочет.
Пророк учит мусульман терпению и воздержанию на этом свете. Но шайтан соблазняет правоверных на грех, предлагая им все новые и новые бесовские выдумки.
Слушая проповедь Самира, Фишер получал настоящее удовольствие: «Терпение и воздержание» — эту фразу кочевник понимал по-своему. В дни Рамазана, когда мусульманам надлежит весь день поститься, Самир покидал кочевничью стоянку, уезжал в Исламабад и, переодевшись в европейский костюм, селился в гостинице для иностранцев, где вместе с белокожими проститутками предавался «терпению и воздержанию».
Кроме того, через свою агентуру резидент знал о пристрастии вожака кочевников к азартным играм. Западные наемники, зная об этом его недостатке, не раз пользовались карточным шулерством, чтобы проигравшийся Самир был вынужден участвовать в нападениях на конвои шурави.
Впереди показалась зеленая полоса оазиса. Самир пришпорил своего скакуна, Фишер ткнул каблуками под ребра своего.
